Памплона, Испания, 1976. "Если план провалится, мы все умрем". Сотрудники спецслужб оценивают риск каждого шага, когда внезапно появляется чужак в форме бандита. Здесь закрашиваются личности и складываются загадки, где лишь смелость и отчаянье могут выжить.
– Deus qui potestate virtutis tuae de nihilo cuncta fecisti… Господь, могуществом Своим сотворивший все сущее… Господь, освятивший этот брак в ознаменование союза Христа с Церковью… Благослови милостию Своей рабу Твою, вступающую в брачный союз и молящую о защите и покровительстве Твоем…
«Но как он может быть ко мне милосерден, если я его предаю?»
Внезапно Грасиеле стало трудно дышать. Стены словно начали надвигаться на нее и давить.
– Nihil in ea ex actibus suis ille auctor praevaricationis usurpet… Не допусти ее прегрешений, Господи…
И в этот самый момент Грасиела вдруг почувствовала, будто с плеч свалилась гора и ее душа наполнилась восторгом и неописуемой радостью.
– Да удостоится она Царствия Небесного, – продолжал тем временем священник. – Благослови, Господи, этот брак…
– Я уже замужем, – громко произнесла Грасиела.
В церкви воцарилась гробовая тишина. Рикардо побледнел. Священник, ошеломленный, посмотрел на невесту.
– Грасиела, что такое?..
Взяв жениха за руку, девушка мягко произнесла:
– Мне очень жаль, Рикардо.
– Я… я не понимаю. Ты… ты больше меня не любишь?
Она покачала головой:
– Я люблю тебя больше жизни, но жизнь моя больше мне не принадлежит. Я уже давно посвятила ее Господу.
– Нет! Я не позволю, чтобы ты принесла себя в жертву…
– Мой милый Рикардо! Это не жертва. Это благословение. В монастыре я обрела покой, которого не испытывала никогда в жизни, ты же часть мира, от которого я отреклась, пусть и лучшая часть. И все же я от него отреклась, а значит, должна вернуться в свой мир.
Священник в молчании слушал.
– Прошу, прости меня за ту боль, которую я тебе причиняю, но я не могу нарушить данные мною обеты, ибо предам все, во что верю. Теперь я это знаю. Я никогда не смогла бы сделать тебя счастливым, потому что не смогу быть счастливой сама. Прошу тебя, пойми.
Потрясенный Рикардо смотрел на любимую, не в силах вымолвить ни слова. В нем словно что-то умерло.
Грасиела смотрела на его ошеломленное лицо, и ее сердце сжималось от боли.
– Я люблю тебя и буду за тебя молиться. Буду молиться за нас обоих.
Глава 38
Поздно вечером в пятницу военная «скорая помощь» подъехала к приемному покою больницы в Аранда-де-Дуэро. Врач и два сопровождавших его полицейских прошли через вращающиеся двери и остановились у стойки дежурного.
– У нас приказ забрать некоего Рубио Арсано, – сказал один из полицейских, подавая дежурному документ.
