В глубинах тьмы и света, среди древних королевств и диких земель жива легенда о служанке-предательнице. В каждой главе открывается новая тайна, каждый эпизод раскрывает тонкости сложной личной борьбы в мире великих правителей и их подчиненных. Каждое слово написано как дыхание мрачного и благородного сердца, ожидая своего часа чтобы изменить все восемнадцать глав.
По такому случаю он расчесал и уложил волосы. И одежда на нём была, вопреки привычке к более простым вещам, другой. Черный камзол, расшитый золотом и украшенный драгоценными камнями. И даже суровые черты лица казались мягче. Или я уже так привыкла к нему?
— Начинайте, — бросил Деймос священнику, не отводя пристального взгляда от меня.
Дыхание перехватило: вот и началось. Волнение усилилось, в ушах звенело, я почти не слышала слов благословения священника. А чёрные глаза захватили в плен и не выпускали. Вокруг них всё поблекло, отдалилось, и были только они, держали, гипнотизировали и пугали. Очнулась я, лишь когда наши руки связала магическая брачная нить.
В изумлении взглянула на священника, а потом на Деймоса. Меня не спросили. Священник опустил слова о согласии. Моё мнение изначально неважно в этом браке. Деймос наклонился, чтобы поцеловать меня. Но я отвернулась, ощущая, как глаза щиплют слёзы. Он исключил любую возможность попытки воспротивиться ему. Как он говорил? Не умеет проигрывать и, кажется, не способен услышать мнение, отличное от его желаний.
Громкий вздох сорвался с уст, когда пальцы Деймоса сжали подбородок, чтобы повернуть моё лицо к нему. Твёрдые губы впились в мои, подчиняя и словно клеймя свою собственность.
— Теперь ты моя, — прошептал Деймос, прерывая поцелуй. — Отныне и до…
— До конца мира?
— Да, до конца, — с лёгкой грустью в голосе подтвердил он. — Наверное, мне будет недостаточно и вечности.
Его пальцы разжались, наконец выпуская меня. Я отдёрнула ладонь, отчего брачная нить рассыпалась зеленоватым сиянием. Брак заключен. Осталось закрепить его близостью супругов.
Установившуюся тишину прервали аплодисменты. Гости ринулись поздравлять «счастливых» молодожёнов. А я ощущала себя опустошённой и никчёмной. Ширма, просто красивая ширма. Тело, которое в дополнение к политическим выгодам можно ещё с удовольствием пользовать."
"После поздравлений гости потянулись в большой бальный зал, чтобы приступить к празднованиям. Деймос вёл меня под руку и глядел хмуро. Он же не думал, что я буду раздавать улыбки и радоваться заключённому браку?
Бальный зал все же украсили цветами. Столы ломились от яств. Особенно много было жареного мяса. Я ела без аппетита, как и все прошлые дни, просто потому что знала, что мне нужны силы. Вечер только набирал обороты, а ночь, вполне возможно, предстояла длинная.
Деймос даже предложил мне вина. Для храбрости, как и в тот раз. Но я отказалась.
