Последняя из истребленного народа иллеми — искусная воровка, вынужденная вернуться в родную страну. Под видом служанки во дворце повелителя она должна раскрыть тайны своего прошлого и выжить среди врагов, которые уничтожили её народ. История о предательстве, магии и борьбе за выживание в...
Раздел Chitat.online для книги «Песнь личной служанки повелителя» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Последняя из истребленного народа иллеми — искусная воровка, вынужденная вернуться в родную страну. Под видом служанки во дворце повелителя она должна раскрыть тайны своего прошлого и выжить среди врагов, которые уничтожили её народ. История о предательстве, магии и борьбе за выживание в...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Алекс Найт Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Последняя из истребленного народа иллеми — искусная воровка, вынужденная вернуться в родную страну. Под видом служанки во дворце повелителя она должна раскрыть тайны своего прошлого и выжить среди врагов, которые уничтожили её народ. История о предательстве, магии и борьбе за выживание в...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Айлирана в зале Древа, — пояснил Берт, больших объяснений мне не требовалось.
— Тогда и мне туда.
Пронесшись между иллеми и гармонтами, я устремился вглубь дворца. К тому моменту здание сотрясало так, что приходилось держаться за разрушающиеся стены, иногда с трудом отмахиваясь от обломков. Пыль стояла в воздухе, затмевая взор и забиваясь в нос. А я несся вперёд, не обращая внимания ни на что. Знал, что нужен Айлиране."
"Когда добрался до дверей, ведущих в зал, даже не поверил, ведь продвигался буквально на ощупь. Одна из дверей надломилась, а сами они не поддались, чем-то заваленные. Пришлось протиснуться в разлом стены. Барьер всё еще держался. Возле него в пыли и обломках корчились от боли в ожогах альвы. Сердце мира полностью разрушилось, разломившись по центру ствола. Лира вскрикнула, когда Доран оттолкнул её от Древа. Она упала на пол, подняв лицо к потолку, когда вниз понеслась огромная плита.
Я рванул вперёд на пределе скорости, не обращая внимания на ударяющие сверху мелкие камни. И успел в последний момент. Грохот оглушил, когда плита рухнула вниз, подняв столбы пыли за спиной. А я замер с моей Лирой в рукав, припав на одно колено и закрыв нас покрытыми броней крыльями.
— Деймос, — её дрожащие ладони обхватили мое лицо. По припорошенным пылью щекам струились слёзы. А нежные губы раскрылись в улыбке. — Это ты. Это ты…
Мир вокруг рушился, переживая последние мгновения. А мы с ней улыбались: ведь вновь обрели друг друга.
Глава 39
/Айлирана/
Деймос держал меня в руках, сжимал так крепко и одновременно трепетно, что щемило сердце. Оно пело и ликовало, заживляя раны. Слабая надежда, что теплилась в самой глубине души, оправдалась. Он вернулся ко мне. Я все ещё в неверии водила кончиками пальцев по поросшей щетиной щеке мужа, касалась широких плеч и обнажённой груди, на которой в полумраке сияли бордовым магические письмена. Такой же свет исходил от закрывающих нас от обломков полупрозрачных крыльев, покрытых сейчас каменной крошкой. Доран считал, что убил врага и забрал себе на память трофей, но Деймос выжил и нашел способ вновь взлететь в небо.
— Это я, — улыбнулся он, наклонившись, и поцеловал.
Так сладко и отчаянно, что закружилась голова.
Эйфория радостной встречи проходила, оседая горечью на кончике языка. Мы в ловушке под обрушивающимся дворцом. И даже это не так страшно по сравнению с тем, что Древо погибло. Я больше не ощущала в нём жизни.
Позади что-то вновь с грохотом обвалилось, обдав нас облаком пыли. И раздался болезненный стон Дорана. Деймос оторвался от моих губ, крепче сжав в объятиях, и повернулся, оглядываясь через плечо. В полумраке зала с трудом угадывались очертания разрушенного Древа, погребенного под обломками.
