В глубинах тьмы и света, среди древних королевств и диких земель жива легенда о служанке-предательнице. В каждой главе открывается новая тайна, каждый эпизод раскрывает тонкости сложной личной борьбы в мире великих правителей и их подчиненных. Каждое слово написано как дыхание мрачного и благородного сердца, ожидая своего часа чтобы изменить все восемнадцать глав....
Стоило девушке исчезнуть, как я запечатал Древо своей кровью, не намеренный, в отличие от Ариэса, подпускать в нему хоть кого-то. Позже выяснилось, что все иллеми беспричинно пали замертво и больше некому подпитывать Древо Мира.
Это были тяжёлые для меня годы. Гармонты признают лишь силу, и пришлось доказать, что я достоин занять место предводителя своего народа. После десятка тяжелых поединков я разбирался уже с жаждущим власти Дораном. Альв был уверен, что после захвата иллеми, взойдет на трон, женившись на принцессе Айлиране.
Зал по периметру оплетал полупрозрачный сероватый барьер. Выделялась лишь область письмен в виде пентаграммы — своеобразная замочная скважина. Пройти без вреда через барьер мог только я. Гармонты — прирожденные воины, но есть такие, как я, способные насылать проклятия с помощью крови. Вытянув из-под одежды артефакт-ключ, я приложил его к центру пентаграммы в барьере.
Барьер мигнул, создавая арку для прохода внутрь. За барьером ощущалась давящая сила Древа, она окутывала, сбивала дыхание, даже затмевала взор. И все равно этой энергии недостаточно, чтобы поддерживать баланс в мире.
— Ведите их к Древу, — приказал я.
Идея использовать для подпитки Древа живых пришла Дорану.
"Стражники впустили пленных, повели их к Древу.
Дальше главная роль переходила Дорану. Так было решено ещё два года назад. Гармонты не приемлют подобной смерти. Дорану же было все равно. Он подвёл первого пленника к Древу, после чего на запястьях того сомкнулись стальные наручники.
