В глубинах тьмы и света, среди древних королевств и диких земель жива легенда о служанке-предательнице. В каждой главе открывается новая тайна, каждый эпизод раскрывает тонкости сложной личной борьбы в мире великих правителей и их подчиненных. Каждое слово написано как дыхание мрачного и благородного сердца, ожидая своего часа чтобы изменить все восемнадцать глав....
Под громкий испуганный вздох девушки я отразил атаку. Отступил, уворачиваясь от второй попытки достать меня. А Марек продолжал наступать, яростно взмахивая мечом. Лезвия со звоном сталкивались. По коридору разносился скрежет металла. Каждый взмах мечом мой противник сопровождал рыком или ругательством.
Я же оборонялся молча, давая возможность Мареку выдохнуться. Он достал меня лишь раз. Острие меча вспороло рубашку на груди и задело кожу, отчего ткань почти мгновенно начала пропитываться кровью. Только это ранение позволило приблизиться, перехватить руку Марека, в которой он держал меч, и нанести решающий удар.
Идеально заточенное лезвие вошло в плоть легко, почти без сопротивления пробило кости и мышцы, устремляясь к сердцу. Марек захрипел от боли, распахнув глаза, словно в неверии. Подавшись вперед, он сжал ладонью моё плечо. Из раны хлынула кровь, обожгла пальцы и полилась на пол, впитываясь в ковёр. Я выдернул меч, оттолкнув Марека. Он рухнул на пол и больше не двигался. Взгляд остекленевших глаз смотрел в пустоту.
Девушка так и сидела у стены, переводя испуганный взгляд с меня на погибшего. А когда я двинулся к ней, кажется, окончательно испугалась, подскочила на ноги и попыталась рвануть прочь. В один сопровождаемый взмахом крыльев прыжок, я достиг её. Схватил за плечо, но ладонь соскользнула. Под треск ткани платье окончательно порвалось, теперь обнажая спину незнакомки до бедер.
— Стоять! — крикнул я в раздражении, впрочем, не рассчитывая на успех. Но девушка резко затормозила. Тонкая и худая, она со спины напоминала скорее подростка.
Прерывисто вздохнув, она развернулась, нервными движениями пытаясь поправить и удержать на себе изорванную форму прислуги. Но ситуацию пока спасали только рукава, не позволяя платью соскользнуть и окончательно обнажить девчонку.
Коридор был плохо освещён, чтобы хорошо рассмотреть её. Худая, невысокая. Бледная настолько, что казалось, светится в окружающем полумраке. Тяжелые пряди волос частично выпали из прически на хрупкие плечи.
— Что произошло? Коротко и по существу, — произнес я ровно, но строго.
Напугаю ещё сильней, того и гляди рухнет в обморок.
Тонкие пальчики коснулись губ, спустились к горлу под отрицательный кивок.
