В мире, разделенном на сословия, где чистокровные правят, полукровки служат, а низшие страдают, судьбы двух юношей — аристократа Готье и беднякаа Джерома — пересекаются благодаря загадочной Скэриэл. Их встреча станет началом войны, которая потрясет устои общества и заставит переосмыслить...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Песнь Сорокопута»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В мире, разделенном на сословия, где чистокровные правят, полукровки служат, а низшие страдают, судьбы двух юношей — аристократа Готье и беднякаа Джерома — пересекаются благодаря загадочной Скэриэл. Их встреча станет началом войны, которая потрясет устои общества и заставит переосмыслить...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Фрэнсис Кель Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
В мире, разделенном на сословия, где чистокровные правят, полукровки служат, а низшие страдают, судьбы двух юношей — аристократа Готье и беднякаа Джерома — пересекаются благодаря загадочной Скэриэл. Их встреча станет началом войны, которая потрясет устои общества и заставит переосмыслить...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Песнь Сорокопута» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я часто видел, как он жёстко отвечал одногодкам, если те начинали обсуждать Совет старейшин или политику. У Гедеона были чётко сформированные политические взгляды, и он всегда яростно их отстаивал.
Иногда к нему подходил Бернард Дон с недовольной миной, держа в руках стакан с соком. Чаще всего они обсуждали Академию. Но беседа быстро прерывалась появлением Оскара.
Как я уже говорил, мне не известно, что такого совершил Оскар, что вынудило брата вычеркнуть его из списка друзей, но можно только восхищаться тем, с каким рвением и упорством Вотермил все эти годы пытался заговорить с Гедеоном. Правда, пока безуспешно.
На званых ужинах я всегда прятался за чужими спинами и неумело поддерживал разговоры, отвечая так, будто меня впервые вывели в свет.
– Чувствуйте себя как дома, – проговорил я, пропуская одноклассников в комнату.
– Тут мило, – отозвался Леон, с интересом рассматривая книжные полки. – Смотрю, ты больше по русской классике.
– По классике в принципе, – пожал плечами я.
– Могу я присесть? – спросила Оливия, указывая на мой стул у письменного стола.
– Конечно, присаживайтесь, где вам удобно."
"В дополнение к привычной обстановке в виде шкафов, кровати, телевизора – который я использовал только для игр на PlayStation – и письменного стола у окна я позаимствовал из соседних комнат ещё три стула с расписными спинками и круглый стол.
Первые пять минут мы потратили на неловкое блуждание по моей комнате: рассматривали книжные полки, причём Леон оценил книги по искусству, Оливия – английскую классику, а Оливер присвистнул при виде Толкина.
В дверь постучали, и вошла Лора с подносом, на котором стоял высокий стакан воды и лежали салфетки. Она подошла к столу, осторожно обходя Оливера, но тот, к моему удивлению, скорчил недовольную гримасу и отошёл на пять шагов в сторону, словно само присутствие Лоры в комнате оскорбляло его. Я оглянулся и заметил, что Леон выглядит не менее растерянным, чем я. Оливия потянулась за стаканом и вежливо поблагодарила Лору.
Когда мы уселись, каждый взял себе по листу бумаги и ручке, и мы устроили мозговой штурм.
– Как насчёт того, чтобы рассказать о Людовике XVI? – спросил Леон без малейшего интереса.
– Он скучный, – ответил Оливер.
– Почему? – Леон принялся рисовать цветы на листе.
– Ну, как тебе сказать. Мне не нравится Людовик XVI, он трус, который сначала не мог усмирить своих приближённых, а когда запахло жареным, попытался сбежать от народа.
