Песочные часы — читать онлайн бесплатно полностью

Но никто не приходил, только Карен предложила довести меня до комнаты. Я отказалась: боялась туда возвращаться, снова увидеть кинжал, клочки бумаги, осколки стекла, капли крови… Но она настаивала, что необходимо лечь.

Поддавшись на уговоры при условии, что Карен посидит со мной, поплелась к лестнице.

На межэтажной площадке столкнулась с госпожой. Она была в ночной рубашке и пеньюаре, бледная, с тёмными кругами под глазами. Такая худая…

Норина Мирабель ахнула и приказала отвести меня в свою спальню. Там она, на время позабыв о собственной утрате, уложила нерадивую рабыню на кровать, приложила примочку из спитого чая к синякам на лице и отругала Карен за то, что та не удосужилась позвать врача.

— Не нужно, госпожа. Вы так добры ко мне, но хозяин будет недоволен.

— Не будет, — улыбнулась норина Мирабель. — Он сам просил посмотреть, что с тобой. И, как оказалось, не зря.

Я удивлённо округлила глаза. Хозяин просил? Но зачем? Если меня должны повесить, то зачем лечить?

Сознание того, что норн рядом, через пару комнат, в кабинете, заставляло сердце биться так, что перехватывало дыхание. Он велел не попадаться на глаза, зря не предупреждал бы.

Конечно, норн ведь так хотел детей, ещё до женитьбы на норине Мирабель. Детей от меня. В последние годы помешался на этом, а тут ещё болезнь госпожи… Его можно понять, особенно, вспомнив, кто я есть.

Не стоило пить с утра эти капли: могла бы оказаться беременной, и он бы меня не тронул… Но прошлого не вернёшь.

Врач внимательно осмотрел меня, выявил ряд ушибов средней тяжести, не опасных для жизни. Теперь я и сама видела тёмные обширные синяки и припухлости на коже. Некоторые кровоточили.

Хыры осторожно перенесли меня в мою комнату, где уже успели прибраться.

Кинжала тоже не было — ещё бы, такой соблазн! Только я бы всё равно не смогла его вытащить.

Последующие несколько дней были похожи один на другой: лежала, ела, разговаривала с Карен и Фей. Хозяин не появлялся, я даже не слышала его голоса. И к лучшему.

Страх медленно отступал, появилась робкая надежда, что всё закончилось, что каким-то непостижимым образом останусь торхой. По всем правилам я должна была уже валяться на подстилке из соломы в компании крыс. Побои не были настолько сильными, чтобы искупить вину.

На четвёртый день уже вставала, но за пределы комнаты не выходила, боялась встретить хозяина: раненый зверь смертельно опасен. Еду мне носили, работать не принуждали, так что причин покидать убежище не было.

Ещё раз заходил врач, взглянул, как рассасываются синяки, заживают последствия побоев.

А в начале следующей недели управляющий заявил, что я могу работать:

— Только тяжести не таскай и возле спальни хозяина не появляйся. Прислуживать за столом тоже другая будет.