Семнадцатилетняя Иалей оказывается в рабстве, став наложницей для аристократов. Она пытается сохранить себя в условиях нового положения, но сталкивается с выбором между подчинением и стремлением к свободе. Перед ней открываются новые пути и непредсказуемые события.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Песочные часы»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Семнадцатилетняя Иалей оказывается в рабстве, став наложницей для аристократов. Она пытается сохранить себя в условиях нового положения, но сталкивается с выбором между подчинением и стремлением к свободе. Перед ней открываются новые пути и непредсказуемые события.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ольга Викторовна Романовская Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Семнадцатилетняя Иалей оказывается в рабстве, став наложницей для аристократов. Она пытается сохранить себя в условиях нового положения, но сталкивается с выбором между подчинением и стремлением к свободе. Перед ней открываются новые пути и непредсказуемые события.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Там красиво, Иалей, тебе понравится. Возможно, какие-то травки и ягоды остались, на сухой букет хватит. А если нет, птицы никуда не делись и пороги тоже.
Я кивнула и вскоре оказалась на лошади норна. Отогревая озябшие пальцы под его курткой, радовалась, что пытка верховой ездой окончилась.
Господа пустили лошадей рысью, а потом и вовсе галопом. Им почтительно уступали дорогу. Тем, кто мешкал, напоминал это сделать ехавший впереди солдат.
Потом свернули с дороги, пронеслись по сжатому полю с редкими островками стогов посеревшей соломы, сбавив темп, взобрались на пригорок, и я увидела реку, острова, пороги…
Хозяин не обманул, сказав, что там красиво. Даже в октябре природа яркими красками расцветила пейзаж.
Как маленький ребёнок, любовалась на отвесные берега, приютившие ласточек, на песчаную отмель, подставляла лицо брызгам воды, долетавшим сюда, на поросший высокой травой островной мыс, куда мы переправились на лодке.
А ещё там было дерево, высокая янтарная сосна, у корней которой приютилась простая деревянная скамья.
Остров казался чудесным, хотя, наверное, я просто давно не выезжала из города. Я бродила по нему, сначала с опаской, потом смело, трогая, что хочу, делая, что хочу. Ни солдаты, ни хозяин попятам не ходили, так что успела поговорить с любопытной белкой, едва не упасть в реку, заслушавшись птичку и не заметив коварного берега, полакомиться остатками ягод и сплести венок из палой листвы.
Довольная, раскрасневшаяся, опоённая свежим воздухом, вернулась на мыс.
Норины Мирабель уже не было, как и одного из солдат. Второй — силуэт на том берегу — разводил костёр неподалёку от стреноженных лошадей.
И сеньор Мигель не объявился. Может, и не приедет? Что ему тут делать?
— Проголодалась? Слушай, где ты так измазалась? Как ребёнок, право слово!
Хозяин подошёл ко мне, вытащил из волос хвою, отцепил колючки от пальто и протянул платок:
— У тебя на щеке смола. С соснами обнималась?
— Да, — смущённо пробормотала я, вытерев лицо, — когда белку увидела. А госпожа…?
— Мирабель уехала, у неё дела в городе. Она просила отпустить тебя вечером. Наверное, фейерверк в королевском саду потащит смотреть: там сегодня праздник. Сходи, развлечёшься.
— А вы? — я догадывалась, что приглашение было на два лица, то есть на меня не рассчитано.
— Сходи-сходи, у Его Величества отличные придворные маги. Да и жене интереснее с тобой.
Не стала спорить, хотя придерживалась другого мнения.
