Песочные часы — читать онлайн бесплатно полностью

Продержав меня в замке чуть больше года и уверившись, что я присмирела и не предпринимаю попыток к бегству, норн решил перевести меня в свой городской дом. По долгу службы он должен был регулярно появляться в столице, а это доставляло неудобства: полеты над Гридором были запрещены, так что приходилось добираться туда на перекладных: сначала на Раше, а потом на лошади.

Носилась по замку, как заведённая: казалось, хозяин собирался взять с собой всю обстановку. Но он ограничился малым: одеждой, несколькими ящиками личных вещей, сундуком (что в нём, я не знала) и собственно мной.

Багаж отправили вместе со слугами на низших драконах, мы же налегке летели на Раше.

Дракона, похоже, сообщение о столь дальней поездке не обрадовало. Я так и не поняла, что он сказал, зато взгляд оценила. У них с хозяином вышла небольшая перепалка, закончившаяся победой норна.

Фыркая огнём, Раш позволил оседлать себя и покорно преклонил колени.

Летать было всё ещё страшно, но я честно пыталась бороться с постыдной слабостью, убеждая себя любоваться пейзажами внизу.

Видимо, не слишком убедительно, потому что хозяин пригнул мою голову к себе на колени. В этот раз я не возражала, рассудив, что так и впрямь будет лучше.

Мы приземлились милях в пяти от города, на околице какой-то крупной деревушки. На местном постоялом дворе нас уже ждали лошади. Вернее, не нас, а норна.

Хозяин изъявил желание перекусить, я покорно поплелась вслед за ним. После полёта кусок не лез в горло. При мысли о еде хотелось поскорее юркнуть в ближайшие кусты, чтобы прилюдно не опозориться.

Первое, на что я обратила внимание, вслед за хозяином войдя в трактир, — девушка-подросток у стойки. Она сидела на полу у ног бородатого мужчины, не мигая, глядя перед собой. Щупленькая, в большом для неё овечьем полушубке. Торчащая из-под него серая ткань говорила о роде её занятий.

Сколько ей? Пятнадцать?

Взгляд потухший, на ногах — синяки.

Я поспешно отвела глаза, чтобы не расплакаться. Мне было её жаль.

Стать торхой, наложницей совершенно чужого и неприятного тебе человека, ещё не выйдя из детского возраста! Животные, скоты!

А норну всё равно, его рука то и дело невзначай тискает её несформировавшуюся грудь, наполовину открытую распущенной шнуровкой. Вот он что-то сказал трактирщику, тот кинул ему ключи. Норн пнул торху, и она покорно встала, последовав за ним наверх.

Их не было минут двадцать, потом ангерец вернулся, похабно улыбаясь и поправляя пояс.