Но, увы, дед снова завел свою нравоучительную беседу, суть которой сводилась к тому, как разочаровала его внучка. Приходилось делать вид, что она слушает весь этот бред, потому что прервать деда не было решительно никакой возможности. Говорил он, никого не слыша и к тому же не затыкаясь ни на минуту.
Зато, не слушая деда, Мариша увидела, как Инна сильно ущипнула Аньку, которая совсем уж невежливо прямо улеглась на ручку кресла Лиды, чтобы получше рассмотреть кольцо у нее на пальце. Анька пискнула и выпрямилась, недовольно глядя на Инну. Та приложила к губам палец, призывая подруг к молчанию. Тем временем дед подобрался наконец к сути дела, из-за которого он и собрал своих близких.
— Я очень болен, — сказал он. — Врачи дали мне не больше трех месяцев жизни. И я хотел, Мариша, чтобы тот мой отпрыск, который при моей жизни больше остальных страдал от отсутствия моего внимания, получил бы вознаграждение хотя бы после моей смерти. Я хотел завещать свою квартиру вместе с хранящейся в ней коллекцией живописных полотен русских художников, которую начал собирать еще мой дед, продолжили отец и я, именно тебе, Мариша. Но, увы, после предоставленных мне доказательств я решил окончательно и бесповоротно, что ты недостойна владеть семейными реликвиями, представляющими к тому же немалую художественную ценность, — сообщил он Марише.
— Что? — очнулась Мариша. — Какое наследство? Какая коллекция? Вы что, дедушка, в самом деле собирались оставить мне наследство? И ради того, чтобы выяснить, достойна ли я его получить, наняли детектива следить за мной?
— Да, — величественно кивнул дед. — Не мог же я позволить, чтобы фамильные ценности перешли в руки легкомысленной особы, которая разбазарила бы их по ветру. Поэтому я нанял сыщика, чтобы он осторожно навел справки о твоем образе жизни. Он и навел. Но, увы, действительность превзошла все мои самые страшные опасения. Моя внучка оказалась ничтожной…
— Дедушка, дедушка! Замолчите! — завопила Мариша, испугавшись, что дедуля снова пойдет по второму кругу.
От неожиданности — видимо, его раньше никогда не перебивали — Виталий Петрович замолчал.
— Вас обманули! — заявила Мариша. — И я так говорю вовсе не потому, что надеюсь все-таки получить ваши деньги, квартиру и коллекцию. Вовсе нет. Эти картины мне не нужны. Никогда особенно не увлекалась живописью. И к тому же я никогда на них не рассчитывала, так что и расстраиваться из-за их потери не стану. Но вас обманули. И вы и я стали жертвами ловких мошенников, которые подделали и фотографии, и фильм, и…
— И ты хочешь сказать, что и искусственный член тебе подкинули? — неожиданно подала голос из своего кресла Лида.
— Ну да, — кивнула Мариша. — Подкинули.