В Петербурге наступает мрачное затишье, где корабли-призраки угрожают всему городу. Японская армия вынуждена оставаться в закрытых портах Кореи, замордовавшись под блокаду с японским островом Цусима. Власти Петербурга боятся приближающейся зимы и революции, как нового корабля-призрака надежды и свободы....
Похоже, «Петербургский рубеж» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На время пребывания в столице означенные господа приняли предложение остановиться в моем дворце на Мойке. Вторая телеграмма была предназначена супруге. В ней я поручал Ксении сделать все необходимые приготовления для встречи нежданных гостей. В конце этой телеграммы я написал: «Дорогая, эти люди везут с собой наше будущее и будущее наших детей… В их руках наша жизнь и наша смерть…»
Ну вот, Чита осталась позади. Через три дня рано утром наш поезд прибудет в Порт-Артур. Получилось чисто случайно, что все мы четверо посвященных собрались в салон-вагоне.
Мы дружно посмотрели на непривычно тихого и задумчивого Мишкина. Вернее, уже не Мишкина, а Михаила — теперь, после всего случившегося, лучше будет называть его так. Годы бесшабашного шалопайства остались в прошлом, и мальчик наконец-то повзрослел.
— Ну что вы так смотрите? Ники жив и здоров, а я совсем не рвусь царствовать. Но если всё опять повторится, то не сомневайтесь — в этот раз я не струшу, — он обвел нас жалобным взглядом. — И на этой самой японской принцессе, как ее там — Макако вроде, тоже женюсь, если так надо для пользы России.
— Не Макако, а Масако, — назидательно сказала Ольга. — И вообще, это пока только наши благие пожелания. Еще ничего не решено, ведь сначала надо закончить войну, подписать мир и уговорить как саму принцессу, так и ее солнцеподобного папашу. А он еще тот упрямец. Так что ты, братец, заранее не горюй, еще, может, ничего и не получится.
Но я хотела сказать совсем о другом. Давайте будем откровенны хотя бы между собой. Меня ужасает картина, какую нам обрисовали Александр Васильевич и Нина Викторовна.
