— Ты сильно голодная?
— Я перед концертом поела в буфете, — отчего он сморщился, будто она сказала, что попила из лужи, и заглянул в холодильник. — Но от еды я никогда не откажусь. Дома никого? — спросила Яра, разглядывая небольшую, но уютную кухню.
Гарнитур был старым и деревянным, недавно выкрашенным в зеленый цвет, чайник грелся на газовой плите и скоро собирался засвистеть, на столе лежала скатерть в цветочек.
— Нет, мама в ночную, сестра у подруги осталась ночевать.
— А папа? — вопрос вылетел быстрее, чем она подумала. Его плечи напряглись, но он тут же вернул их в исходное положение, вздохнул и закрыл холодильник. Видимо, еды так и не раздобыл.
— Я за него, — как можно безразлично произнес, чем выдал себя еще больше. Яра уже поняла свою ошибку и пыталась придумать, куда же перевести диалог, но Юра принял ее молчание за ожидание, поэтому пояснил: — Его не стало, когда мне было тринадцать, несчастный случай. Пришлось быстро повзрослеть.
Он отвернулся к чайнику, который издал пронзительный свист. Ярослава не знала, куда себя деть и что надо говорить в таком случае.
“Мне жаль” не могло выразить всю ее поддержку, а другие слова были пустыми словами, от которых он бы лишь отмахнулся. Поэтому она подошла и обняла его сзади, пока он переставлял чайник. От неожиданности Юра вздрогнул и чуть не пролил кипяток.
— Хочешь, кисель сварю? Не зря же я его нам раздобыла, — проговорила она, уткнувшись ему в лопатку.
— Давай, а я лепешки сделаю, будешь?
— Еще спрашиваешь. Если ты меня голодной спать уложишь, то я ночью тебя съем.
— Мне нравится твой аппетит, — Юра наконец к ней развернулся, но был все еще серьезен, а тень грусти не покинула темных глаз.
Ярослава расхохоталась, запрокинув голову, эта привычка передалась ей от Влады.
— Вот за аппетит меня еще никто не хвалил. А как же слова про то, что мне стоит поменьше налегать на пирожки, м? — она ткнула ему пальчиком в грудь и вопросительно изогнула бровь.
— Я иногда несу фигню, но ничего такого не имел в виду. Мне нравилась твоя фигура, ну то есть… и сейчас нравится. И вообще ешь сколько хочешь, — рассердился он на себя за то, что растерялся.
Она удовлетворенно хмыкнула и пошла за киселем, который так и остался в куртке. В коридоре было темно, Юра успел выключить свет. Яра не видела выключателя, поэтому глубоко вдохнула: она справится, справится ведь? И быстро пересекла пространство до шкафа, открыла, нашарила свою куртку и бегом рванула на кухню. Ее маленькая пробежка не осталась незамеченной.
