Дэр Гроббе вдохновленно что-то такое рассказывал, а я смотрела на горы.
И думала, что хорошо-то здесь. Дышится. Я и вдохнула полной грудью, когда где-то наверху раздался протяжный тоскливый вой. А потом что-то кувыркнулось в воздухе.
А потом опять завыло, заскрежетало и плюнуло. В меня! Вот взяло и плюнуло какой-то мерзостью вонючей. Я хотела завизжать, но из горла донесся низкий рык. И тварь, что рванулась было ко мне, вдруг распласталась на камнях, а после и вовсе попыталась развернуться. Она была мелкой, уродливой и неуклюжей.
А еще такой вдруг медленной.
Воздух сгустился. Застыло перекошенное лицо дэра Гроббе. Я видела уродливую пасть твари, полную мелких острых зубов. Видела горбатую спину.
И пламя, что взметнулось по щелчку хвоста. А потом все вдруг опять изменилось. Дэр Гроббе выхватил меч, тварь ожила, покатилась клубком, пытаясь сбить пламя. Взлетел клинок. И дальше катились уже две половинки твари.
Они остановились и осыпались кучками пепла.
– А знаете… – в голову вдруг пришла на диво логичная мысль. – Нам ведь развлечения понадобятся.
– Что? – у дэра Гроббе дернулся уголок рта.
– Развлечения, – я судорожно пыталась вспомнить, чем во времена давние народ развлекался. – Не знаю там… цирк.
Проклятье. До цирка они тут еще не доросли, похоже. Надо как-то проще сформулировать. Понятнее. И я вздохнула.
– Силач там, чтобы гири кидал или поднимал тяжести всякие. Еще фокусник…
– Вот-вот… акробаты там. Акробатки… музыкантов бы тоже. Не помешают. И певца.
В голове что-то щелкнуло.
Точно! Я ведь читала, что в средние века певцами были кастраты. Самыми лучшими. Певцов стало немного жаль, но что поделаешь, дикие времена, нравы не лучше.
– Певца найдете? – я строго поглядела на дэра Гроббе. – Кастрата?
Почему-то он слегка побледнел.
На «Веселой Магде» пахло деревом и солью, и запахи эти привычные не приносили успокоения. Дэр Гроббе нервно расхаживал по палубе, а команда, самые верные, надежные люди, молча ждали, когда капитан соберется с духом.
Он же, остановившись, обвел их взглядом.
Всего-то дюжина осталась.
Тех, кто ушел от варрейской эскадры. Тех, кто поднимался в священные горы Ахха, а после бежал оттуда с драгоценным убором Немой богини. Тех, кто заглядывал в Темные воды, чтобы там, на белом-белом берегу сразиться с темнокожими ниму. И в честной схватке добыть зубы мертвого зверя.
И может, уйти? «Магда» – кораблик небольшой, оно, конечно, тяжко будет, но до моря выведут, а ищи ветра среди волн. Только… потом куда? В море их ждут.