Детективная писательница Мелисса Синеокова сталкивается с угрозой от Германа Садовникова, что приводит к похищению и опасным интригам. Любовные отношения Васьки добавляют напряжение в эту ситуацию. Неизвестно, как разрешится конфликт между персонажами и их судьбами.
Раздел Chitat.online для книги «Пять шагов по облакам» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Детективная писательница Мелисса Синеокова сталкивается с угрозой от Германа Садовникова, что приводит к похищению и опасным интригам. Любовные отношения Васьки добавляют напряжение в эту ситуацию. Неизвестно, как разрешится конфликт между персонажами и их судьбами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Татьяна Витальевна Устинова Легкое чтение Любовные романы подборки серии
Детективная писательница Мелисса Синеокова сталкивается с угрозой от Германа Садовникова, что приводит к похищению и опасным интригам. Любовные отношения Васьки добавляют напряжение в эту ситуацию. Неизвестно, как разрешится конфликт между персонажами и их судьбами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Кто из вас имеет доступ к файлам отдела кадров вашей газеты? То есть к архивам, в которых собраны все личные дела?
— Я, — тут же откликнулась Лера Любанова.
Торц вдруг обеспокоился и шевельнулся на стуле.
— Да, видимо, больше никто. Это ведь… секретные файлы!
— Подумаешь, секретные, — пробормотал один бандерлог и еще больше стиснул руки. — Хакнуть ничего не стоит!..
— Делать нечего, — подтвердил второй.
— Что-о-о-о? — грозно вопросила Лера. — Мало того что… голос мой подделали, так еще и в наших базах шарили?
— А чего в них шарить-то?
— А чего вы их как следует не охраняете! Того гляди, кто чужой хакнет, тогда…
— Мы только затем, чтоб знать, чтоб… а то эти… имбецилы…
— Спокойно! — очень грозно сказал Константинов, и все на него посмотрели. — Вы что, вскрыли личные архивы из отдела кадров?
Бандерлоги на непонятном языке завопили непонятное, смысл которого, тем не менее, был абсолютно ясен — вскрыли.
— Кому вы рассказали о том, что у госпожи Гудковой когда-то из роддома пропал ребенок?
Тишина сделалась необыкновенная, только слышался отдаленный шум машин снизу.
Марьяна ахнула и зажала рот рукой. Гудкова выпрямила спину и побледнела. Константинов стал оглядываться по сторонам, словно намечая, как именно он станет закрывать Тамилу грудью в случае, если начнется стрельба.
— Если мне никто не ответит, — жестко сказал Баширов, — придется передать полномочия моей службе безопасности. Всем неприятно, я понимаю, но не я заварил эту кашу.
— Да нам-то зачем? Ну, был спиногрыз, и чего теперь? А эту прогу, которая сломала ту прогу, я сам сочинил!..
— Кстати, классная была прога, и кряк к ней был классный!
— Молчать! — гаркнул Константинов. — Молчать, отвечать на мои вопросы! Кому вы сказали о ребенке Тамилы Гудковой, недоумки хреновы?! Отвечать быстро и внятно и на русском языке! Ну!
— Ему, — и кто-то из них, то ли Алекс Killer, то ли Бэзил Gotten указал заросшим тощим подбородком на Андрея Борисовича. — Он все по ней слюной капал, ну, я ему и того… сказал…
— Я, — забормотал Андрей Борисович, — я тут ни при чем… ни при чем… И никто мне ничего не говорил, и доказать нельзя!
— Господи, — отчетливо выговорила Тамила. Лицо у нее было оливкового цвета и все блестело. — Валерия, зачем вы все это затеяли?..
— Нам нужно узнать правду, — твердо сказала Лера. — Мне нужно узнать правду. Простите, Тамила.
— А вы, уважаемый, — обратился к Андрею Борисовичу Баширов, — вы кому рассказали?..
— Никому, — пробормотал испуганный редактор отдела «Культура», — я никому, вот честное слово! Не обмолвился даже!
— Возможно, — согласился Баширов. — На самом деле ваше участие не предполагалось, ваше имя ни в каких документах не упоминается, так что вполне возможно, что вы никому ничего не рассказывали.
