Матвей, облаченный в черные рубашку и с покосившимся деревянным крестом на могиле отца, делится планами похоронить родителей еще лучше. Воздух накален дождем, а я стараюсь убрать склон холма, где лежат высушенные цветы - заслужившие столь долгое пребывание на этом месте. Это место словно таяло в собственной атмосфере безмолвия и боли, заставляя читателя погрузиться в глубину человеческих слез и надежд....
Я останусь здесь!
- Не буди во мне зверя, Малая, - тяну ее к передней двери, но в этот момент стекло изнутри начинают скрести ногти Алисы.
- Что?! – рявкаю, открыв ее дверь.
- Денис, милый, мне плохо…
Ссука!..
- Незабываемой ночки вам! – усмехается язва и, взмахнув гривой, скрывается за стеклянными дверями клуба.
Я прыгаю за руль и давлю тапку в пол. С заднего сидения доносятся хрипы и стоны, будто там столетняя бабка помирает, а мне похер. В голове бьется одна мысль.
Нельзя Малую в клубе одну оставлять.
До дома Алисы долетаю за десять минут, нарушив при этом не менее пяти ПДД. Взвалив на плечо, затаскиваю в подъезд и сдаю на руки старшей сестре. Та даже не удивляется. Не в первый и не в последний раз.
Запрыгиваю в заведенную тачку и за те же десять минут возвращаюсь обратно. Захожу в клуб, поднимаюсь в випку.
Никого.
Спускаюсь и обхожу зал по периметру. Нет ее нигде. Ни среди танцующих, ни у бара.
Куда она, бл@ть, подевалась?!
На коже, несмотря на духоту, выступает холодная испарина.
Вытащив телефон, набираю ее номер. Затаив дыхание, отсчитываю гудки.
Скидывает. Зараза. Найду, убью…
Набираю снова и снова, результат тот же.
- Слышь, - обращаюсь к мимо проходящему кенту, - не видел здесь… блондинку… красивую… в платье черном?..
- Да здесь все красивые! – усмехается криво.
Не все, козел слепой! Только она!
- Спина открытая у платья! – ору в ухо.
- А!.. Зачетная цыпочка!
- Где она?
Тот начинает вертеть головой по сторонам и я вместе с ним.
- Только что здесь была! Твоя, да?..
- Моя.
Не успела, значит, далеко уйти. Еще раз обшарив толпу глазами, иду в сторону курилки и туалетов. Толкаю дверь одного из них – открыто, но там три курицы клювы свои помадами мажут. Толкаю вторую дверь и слышу «Занято» до боли знакомым голосом.
Попалась.
С души словно камень падает. Впервые за долгое время делаю полноценный вдох и, сложив руки на груди, терпеливо жду, когда она посикает и выйдет оттуда.
Руки зудят от нетерпения, а внутри шипит кислота.
Наконец, слышится заветный щелчок, дверь открывается и на пороге появляется Она.
- Ден… - удивленно распахивает рот, а я, не отдавая отчета в собственных действиях, заталкиваю ее обратно и, развернув к себе спиной, нагибаю над раковиной.
Глава 17.
Потолкавшись среди танцующих, кое-как отбившись от трех претендентов на мое красивое тело, решаю ехать домой."
"Настроения-то веселиться нет, да и не с кем.
