Автор
В магазине шопинг-гламурных супермоделей, женщина подхватывает сумочку своей фантазии, а продавщица в упоении рассказывает о последней кофточке. Я решаюсь прервать их беседу и спрашиваю: "Вам нужна еще что-нибудь?" - и смотрю на новую покупку: сумочкую мечты, идеально подобранную к свитеру для мужа в придачу. Куплю ее, чтобы дополнить модную юбку своей фантазии....
Маруся кинулась к серванту, где хранилась аптечка. Маневин принес стакан воды, Нина помчалась варить кофе, Юра приволок коробку конфет, а я села рядом с гостем и молча стала гладить его по голове.
Минут через десять, выпив успокаивающие капли, которые готовит мадам Леро, владелица аптеки возле нашего дома в Париже, Кирилл вытер лицо салфетками.
– Мусик, – зашептала мне на ухо Манюня, – я останусь с беднягой, похоже, у него совсем нервы сдали. Юрец побежал в офис детективного агентства, вдруг мальчик зашел туда и спрятался.
– Там же Дегтярев, – тоже тихо ответила я.
– Ну и что? – сказала Маруся. – Парень небось шмыгнул в туалет и сидит там. Нина обойдет участок, гараж. А ты сходи к жене Кирилла. Успокой ее, объясни, что супруг у нас, сына их мы ищем. Главное, чтобы он из поселка не удрал.
– У шлагбаума надежная охрана, – напомнила я.
– Мусик, подростки изобретательны, – вздохнула Манюня, – а секьюрити проверяют машины, и только те, которые не принадлежат жителям Ложкина. На пешего человека, если он на выход спешит, внимания не обратят.
– Можно прилечь на пару минут? – еле слышно осведомился Кирилл.
– Конечно! – воскликнули мы с Манюней хором, потом дочь добавила: – Отведем вас в гостевую. Там очень удобная кровать.
– Нет, я не дойду, – признался гость, – ноги ватные и дрожат.
Маша внимательно посмотрела на Кирилла.
– Давайте попробуем, мы возьмем вас под руки.
Кирилл резко сел.
– Псы? Терпеть их не могу. Люди, которые держат дома собак, грязнули. Вонь, повсюду шерсть, экскременты! Фу! Я уйду.
Мы довели соседа до гостевой спальни. Кирилл свалился в кровать, не сняв одежды, и в ту же секунду заснул.
– Немного странно врываться в дом к незнакомым людям без приглашения и, видя, что у хозяев есть несколько собак, называть обитателей коттеджа грязнулями, – заметила Маруся, когда мы вышли в коридор.
– Кирилл не в себе, – встала я на защиту гостя, – и разоблачаться при женщинах, которых увидел впервые, неудобно. Он элементарно нас постеснялся.
– Ой, да ладно, мусик, – поморщилась Маруся, – он просто хам. От хороших родителей дети не убегают.
– По-всякому бывает, – вздохнула я.
