Автор
В магазине шопинг-гламурных супермоделей, женщина подхватывает сумочку своей фантазии, а продавщица в упоении рассказывает о последней кофточке. Я решаюсь прервать их беседу и спрашиваю: "Вам нужна еще что-нибудь?" - и смотрю на новую покупку: сумочкую мечты, идеально подобранную к свитеру для мужа в придачу. Куплю ее, чтобы дополнить модную юбку своей фантазии....
– Сейчас, когда я хорошо знаю, что произошло, я вспоминаю то время и удивляюсь, ну как я не сообразила раньше, кто убил Аллу.
– Вы сразу решили, что девочку лишили жизни? Почему вам так показалось? – влезла я со своим вопросом.
Марго положила мне на тарелку кусок кекса.
– Я уже говорила, что в год смерти Аллы я уехала в Париж. В доме тогда постоянно работал телевизор. Новости походили на сводки боевых действий. Там нашли расчлененный труп, здесь взорвали кафе, где-то застрелили вора в законе и парочку ни в чем не повинных прохожих.
Маргарита сложила руки на груди."
"– Следователи рассматривали версии похищения, побега. Им бы включить логику. Зачем Алле удирать из дома, где ее обожают, любую прихоть исполняют? Будь ей лет тринадцать-четырнадцать, можно было бы подумать про любовь. И про мальчика, который показался Ксении недостойным даже ботинки чистить ее принцессе, о чем она младшенькой и заявила.
– Мама! Отстань от меня. Хочу играть с подругами. Сама ходить в детский центр поселка! Все смеются, когда ты меня приводишь. Я уже в школе учусь! Не прекратишь за мной следить, не пойду на занятия.
И на следующий день не вышла к машине. Ксения ее упрашивала, но безрезультатно, Алла твердила: «Или я сама хожу по поселку, езжу на школьном автобусе с одноклассниками, или вообще не учусь. Точка».
Неделю она дома сидела, поняла, что нашла коса на камень, и заявила матери:
– Раз ты мне не разрешаешь жить, как я хочу, теперь еще и голодать буду.
Хватило одного дня без еды, чтобы мать приняла все ее условия.
