Автор
В магазине шопинг-гламурных супермоделей, женщина подхватывает сумочку своей фантазии, а продавщица в упоении рассказывает о последней кофточке. Я решаюсь прервать их беседу и спрашиваю: "Вам нужна еще что-нибудь?" - и смотрю на новую покупку: сумочкую мечты, идеально подобранную к свитеру для мужа в придачу. Куплю ее, чтобы дополнить модную юбку своей фантазии....
– Внимание на доску под ним!
– Ты про подоконник?
Кузя закатил глаза и ткнул пальцем в еле заметные отметины.
– Это что?
– Царапины, – воскликнула я.
– С бабами требуется адское терпение, – отпустил мне комплимент наш молодец-удалец, – ты сейчас видишь след от какой-то аппаратуры. Евгений залез сюда для того, чтобы подглядывать за Кириллом и Верой.
Я напрягла память.
– Но когда мы сюда вошли, на подоконнике ничего не было.
– Верно, – согласился Кузя, – полагаю, что кто-то сообразил, чем занимается Колымагин, угостил его лекарством, которое вызвало инфаркт, потом открутил, образно говоря, подзорную трубу и смылся.
– И кто это сделал? – опешила я.
– Вопрос дня! – торжественно заявил Кузя. – Езжай к Бобановой. А я пороюсь в кучах мусора, отыскивая материал на Романа.
Из размышлений меня вырвал писк телефона. Прилетело сообщение от Сени. Я уставилась на экран.
«Дашуля! До Дегтярева невозможно дозвониться. И он не читает ни почту, ни что-либо еще, передай ему, что «труп», который нашли у вас в сарае, очнулся.
Глава 30
– Вера Губарева, – кивнула хорошо одетая дама, – естественно, я помню ее.
– Вы знали, почему девочку поместили в интернат особого типа? – спросила я.
Ксения Петровна окинула меня холодным взглядом.
– Уважаемая Дарья, при найме на работу я подписывала бумагу о неразглашении сведений о подопечных. Дело давнее, Вера уже взрослая, замужняя женщина, но я, как и врачи, обязана молчать о некоторых изгибах судьбы своих опекаемых.
