Лишь бы только на другом конце провода обнаружилась родная душа — мало ли что могло произойти…
Мазур старательно скормил автомату двенадцать крупных никелевых монет — даже больше, чем полагалось — набрал две цифры, услышал гудок, набрал еще четыре, услышал гудок уже другого тона, накрутил номер, сидевший у него в тренированной памяти, как гвоздь в доске.
Длинные гудки — один, два, три…
Наконец трубку подняли. Послышался сухой, деловитый мужской голос, протараторивший что-то по-испански.
— Простите, мы можем говорить по-английски? — спросил Мазур, чувствуя, что сердце у него постукивает чаще обычного.
— Да, разумеется, — столь же сухо и деловито произнес неизвестный собеседник по-английски. — Контора фирмы «Моралес и сыновья», посреднические услуги…
— Это Джонни, — сказал Мазур. — Я был у вас третьего, и вы обещали подыскать мне работу в течение двух — четырех суток, в крайнем случае шести…
Три-два-четыре-шесть. Это был пароль.
— Ну, как же, как же, — без малейших эмоций отозвался собеседник. — Вы, по-моему, намеревались устроиться на атлантические линии?
— Меня больше устроили бы тихоокеанские, за исключением танкеров…
— Понятно, понятно, — сказал незнакомец столь равнодушно, что Мазуру стало чуточку обидно. — Ну да, разумеется… Где вы сейчас?
— И куда намереваетесь ехать?
Собеседник немого помолчал, потом отозвался:
— В принципе, правильное решение. Когда вы сможете там быть?
— Никаких, кроме неизвестности.
— Куда уж яснее, — сказал Мазур.
Мазур смотрел в зал. Там беззаботно порхали беспутные официанточки, кабальеро в белом вели чинные беседы. Мальчишка в форме посыльного из их отеля опрометью пересек зал и что-то говорил дону Мигелю. Заветная сумка стояла в углу кабинки, возле Мазурова свежевычещеного штиблета.
— Все, — сказал Мазур.
— Вот и прекрасно. Желаю удачи, — и незнакомец добавил чуточку сварливо: — Постарайтесь не задерживаться, через недельку, максимум через десять дней придет подходящее судно… До свидания.
— До свиданья, — сказал Мазур и аккуратно повесил трубку.
Он подхватил сумку и вышел, аккуратно притворив за собой стеклянную дверь.
— Джонни! — окликнул дон Мигель, делая недвусмысленный знак подойти. — Позвольте вас на минутку?
Мазур подошел к стойке.
Необъятный усач понизил голос:
— Только что прибегал мальчишка из отеля. Ваша дама вас срочно требует… — дон Мигель усмехнулся, еще более тихо проговорил: — Джонни, вам следует быть более непроницаемым. Вы еще молодой человек, а я кое-что повидал в жизни.
