— Просвети темного, — сказал Мазур, когда Донни, звучно захлопнув дверцу, обошел машину со стороны капота и встал рядом с ним. — Здесь же чертова уйма места, а боксы ненумерованные… Что же ты в этот уголок затискивался?
Донни, бородатый крепыш в клетчатой рубашке, пожал плечами с видом чуточку сконфуженным:
— Чистой воды суеверие, знаешь ли. Встал тут как-то первый раз год назад, в аккурат напротив в-о-он того приметного деревца — и дела в городе пошли просто прекрасно. Девка попалась приятная, маршрут, как выяснилось, неплохой. Так и пошло…
— Понятно, — сказал Мазур. — Ничего, я и сам суеверный — дальше некуда. Моряк все-таки… Ну, и что дальше?
— А чем тут еще можно заниматься на ночь глядя? — сказал Донни с ухарским огоньком в глазах. — Пойдем в город, остановимся в отеле, который по совместительству еще и бордель, снимем девочек. И отель, и девочки — все недорогое, но качественное… Что ты встал?
— Денег нет, — сказал Мазур. — И продать нечего.
— Да ладно, — недолго думая, сказал Донни. — Все равно я Мигелю должен примерно столько, что как раз хватит тебе на номер и девочку. Так даже лучше — не отдавать монету этому толстому прохвосту, а удружить нормальному парню…
Мазур подумал, что день сегодняшний начался предельно скверно и закончится неведомо как — но вот все, что располагалось в середине меж скверной и неизвестностью, прошло, в общем, нормально. Вьюнош по имени Пепито привел его на стоянку большегрузов и сдал с рук на руки этому самому Донни, оказавшемуся англоязычным канадцем, подавшимся сюда за длинной деньгой лет несколько назад. О чем-то загадочно пошептался, кивнул Мазуру и ушел. Донни принял свалившегося, как снег на голову, попутчика не с распростертыми объятиями, но и не враждебно, попросту отнесся к Мазуру как к неизбежному сюрпризу Судьбы, выступавшему на сей раз в облике странствующего австралийского морехода.
Впрочем, это только через часок езды выяснилось, кто откуда. Поначалу Донни, проявляя некоторый такт, ничуть не стремился завязать беседу с навязанным ему спутником (как и Мазур на его месте, черт его ведает, попутчика, может, ему языком трепать категорически не хочется), но потом как-то наладилось. Трепались на темы самые нейтральные — вроде девок, спиртного и ухваток полиции в разных странах (впрочем, последнюю тему Донни затрагивал скупо, опять-таки не зная, что там за душой у соседа по кабине).
Мазур болтал охотно — чтобы отвлечься.
