Поколебавшись, Мазур ответил честно:
– Подыскиваю для вас точное определение. Одно-единственное слово, которым вас можно закодировать.
– Русалка, – сказал Мазур.
– Спасибо за комплимент...
– Это не комплимент. Таким мне представляется ваш о б р а з. Вас легко представить в морских волнах, безмятежно расчесывающей волосы золотым гребнем и поющей для обалдевших моряков с какого-нибудь галеона...
Олеся подняла брови:
– Странный вы человек.
– Отпускаете несомненные комплименты, но интонация у вас при этом совершенно не игривая...
– Я просто думаю вслух, – сказал Мазур.
– Значит, мне ждать осады по всем правилам? Ну, не смущайтесь, вполне естественная реакция...
– Я же у вас на службе, – сказал Мазур. – Слуга, питающий м ы с л и по отношению к даме, – зрелище жалкое...
– Я не впервые замечаю за вами эту черточку – стремитесь себя словно бы принизить. Это защитная реакция против новых, непривычных условий?
– Не знаю, – сказал Мазур.
Олеся придвинулась к нему вплотную и заглянула в глаза с непонятным выражением лица:
– А может, это просто такой способ держаться настоящим мачо? Посредством мнимого самоуничижения? Вы же прекрасно понимаете, что вовсе не у м е н я на службе, мы с вами оба на службе – и, могу вас заверить, к тому, что отвечает понятию «слуга», ни вы, ни я не подходим, мы с вами – высокооплачиваемые специалисты. А что до дам... – она с легкой брезгливостью на лице прислушалась к пьяному гомону и женским визгам, долетавшим из зала. – Как человек, знакомый с проблемой изнутри, могу вас заверить: подавляющее большинство здешних д а м о ч е к – откровенная дешевка, не имеющая ничего общего со старой, классической аристократией. Черт его знает, сколько времени пройдет, пока из этого сословия выкристаллизуется нечто, заслуживающее названия аристократии, элиты. Пока что это – дорвавшиеся до чана с икрой люди с голодной юностью...
– У них есть деньги.
– Это, пожалуй, единственное, что меня в них привлекает, – сказала Олеся, морщась, – да еще то, что при определенной хватке можно часть этих денег направить в свой карман... Я не слишком цинична для русалки?
– В самую пропорцию, – сказал Мазур со светской улыбкой. – Я ведь тоже не ради идеалов здесь оказался...
– Пойдемте? Нам пора.
Направляясь следом за ней, Мазур чуточку злорадно думал, что в его словах, если хорошо знать суть вопроса, и не было особенных комплиментов. Ибо русалка, как учит нас многовековой опыт мореплавания – существо не только очаровательное, но еще и злонамеренное, далеко не всегда завораживающее моряков пленительной песней ради любовных утех. По достоверным свидетельствам, тут порой встречается и чисто гастрономический интерес. Всякое бывало...
Веселье в зале уже достигло накала и непринужденности деревенской свадьбы.