– Спецназ – это внушительно… Честно признаться, я не ожидал здесь встретиться с советскими…
– Что здесь произошло? – спросил Мазур.
На лице Джараба появилась та усмешка, которую принято называть «тонкой»:
– Ничего особенного. Здесь просто установили советскую власть.
– Как это? – спросил Мазур, чуточку оторопев от таких новостей.
– Интересно, – сказал Мазур. – А кто это там висит на балконе?
– Начальник местного отделения Шахро Мухорбаррот, – сразу же ответил Джараб. – Это вовсе не мой произвол. Вы обратили внимание, что он висит там в одиночестве? Люди собрались на суд и решили, что его следует повесить. А прочие функционеры разбежались беспрепятственно, к ним не было таких претензий…
– Интересно, – повторил Мазур. – А какое, собственно…
– У меня было право? – понятливо подхватил Джараб. – Да в точности то самое, каким в свое время руководствовались Касем и его друзья. Они увидели несправедливость, пришли и свергли султана. Я увидел несправедливость, пришел и покарал… сам по себе я человек скромный, собственно, не я их карал, я выполнял требования здешних жителей…
– Вот, кстати, о скромности… – сказал Мазур, покосившись в ту сторону, где скрылась свита.
– Ах, вот вы о чем… Что поделать, это Восток. Традиции. Человек моего положения просто обязан появляться в сопровождении телохранителей, наложниц, секретарей, советников, казначеев… Это все – дань традиции. Давайте вернемся к менее отвлеченным вопросам, поговорим о вас. Ваше неожиданное появление не то чтобы спутало мне карты, но оказалось непредвиденным… А впрочем, с вами я не ссорился. Честное слово, я человек не амбициозный – и вовсе не собираюсь вступать в конфликт с целыми странами. Вы можете спокойно уехать… только сначала отдайте мне местных. Очаровательную Лейлу в том числе.
– Не думайте, не в наложницы… Станцует голой при стечении народа – и может убираться на все четыре стороны.
– Насколько я знаю, от нее этого не дождаться.
– Посмотрим. Любого можно убедить. Нужно только знать, как.
– Что она вам сделала?
– А вы-то сами какие идеалы защищаете, можно спросить?
– Никаких, – ответил Джараб. – Я просто хочу, чтобы люди спокойно занимались своим делом и не обижали друг друга. Именно такой порядок и устанавливаю на своих землях. Никаких «измов», никаких идей, ни духовных, ни светских. Знаете, у меня были люди от эмигрантов, от двоюродного брата султана. Сначала я хотел их просто отправить восвояси, но они стали угрожать, и я велел отрубить им головы. Приходили люди от американцев, звенели передо мной золотом. Я велел их выпороть и отпустил. Приходили люди аятоллы.