Героический роман о советском офицере Кирилле Мазуре, прошедшем специальную подготовку в военно-морском флоте. Его опасные задания, профессионализм и мужество в условиях холодной войны раскрывают историю человека, посвятившего жизнь службе Родине и выполнению секретных операций.
Раздел Chitat.online для книги «Пиранья» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Героический роман о советском офицере Кирилле Мазуре, прошедшем специальную подготовку в военно-морском флоте. Его опасные задания, профессионализм и мужество в условиях холодной войны раскрывают историю человека, посвятившего жизнь службе Родине и выполнению секретных операций.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Героический роман о советском офицере Кирилле Мазуре, прошедшем специальную подготовку в военно-морском флоте. Его опасные задания, профессионализм и мужество в условиях холодной войны раскрывают историю человека, посвятившего жизнь службе Родине и выполнению секретных операций.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Так что опять пускаем события по воле волн, а сами ждем у моря погоды…
Глава X…С ИТАЛЬЯНСКИМ АКЦЕНТОМ
Переведи меня через майдан –
он битвами, слезами, смехом дышит,
Порой меня и сам себя не слышит, –
Переведи меня через майдан…
И вновь меланхоличные гитарные переборы Лавриковой гитары служили не развлечению слушателей, а подручным средством в размышлениях. Мазур, вчера вечером снова накормленный Алиной рапаной под соусом и вернувшийся на базу полчаса назад, позевывал на своей кровати. Морского Змея с Лымарем не было – добросовестно разъезжая и расхаживая вчера по городу не два часа, а четыре, они с утра поехали в милицию и «скорую помощь» – выяснять, не поступало ли клиента с такими-то документами или такими-то приметами. С равным успехом Вадим, отправившийся на поиски определенного рода приключений на ночь глядя, мог оказаться клиентом как людей в мундирах, так и людей в белых халатах. Им предстояло заглянуть еще и в третье заведение с гораздо более коротким названием – но вот об этом думать категорически не хотелось…
Утро было не такое уж раннее, но из домика Веры не доносилось ни звука – Ольга, рассказал Лаврик, приказ выполнила добросовестно, посидела с Верой за бабской болтовней часов до четырех утра, в конце концов срубила ее домашней качественной продукцией (Фаина – сволочь, но вино делала превосходное), и теперь обе отсыпались. На базе (самые разные места иногда помимо своего желания становятся базами, что порой для окружающих так и остается неизвестным) царили сонный покой и тишина, если не считать меланхолических вокальных упражнений Лаврика."
"Переведи меня через майдан,
с моей любовью, с болью от потравы,
здесь дни моей ничтожности и славы.
Переведи меня через Майдан…[10]
Отложил блямкнувшую гитару, одним рывком поднялся и сел. На лице так и оставалось тягостное раздумье.
– Есть какие-нибудь результаты? – спросил Мазур. – Или полезные открытия?
– Как сказать, как сказать… – рассеянно сказал Лаврик. – Честно тебе признаюсь, что ломаю голову над одним-единственным вопросом – идиот я или нет? Могу оказаться идиотом, получить такое пятно на профессиональную репутацию, что двадцать лет не отмоешь. А могу идиотом и не оказаться… Уж извини, я пока без конкретики… Что ты так заинтересованно в окно уставился?
– Тетя Фая к Вере в домик пошла, – сказал Мазур.
– Событие не эпохального значения, но…
Тетя Фая вышла из домика минуты через три, ушла к себе. Вскоре из домика показалась Вера, направилась прямехонько к ним. Остановилась в проеме распахнутой двери:
– К вам можно?
– Да запросто, – сказал Лаврик. – Вон тот стул у нас самый прочный. Головушка побаливает?
Причесалась она тщательно – но глаза были припухшие, и отнюдь не от слез.
