О чём книга «Пиранья. Первый бросок»
На локаторе мерцает тоска зеленая — атмосфера нереальности. Он как призрак скользит над песком, словно ангел но с человеческим грехом. Это первые шаги на пути к новому измерению реальности.

На локаторе мерцает тоска зеленая — атмосфера нереальности. Он как призрак скользит над песком, словно ангел но с человеческим грехом. Это первые шаги на пути к новому измерению реальности.
Капюшону определенно что-то мешало соскользнуть с головы, будто держало что-то. Морской Змей досадливо передернул плечами, напрягся, рванул…
Копна светлых волос невесомо рассыпалась, стелясь над дном, путаясь в водорослях. Мазур заглянул в застывшее лицо с расширенными глазами – почти спокойное, только рот сведен застывшей судорогой, открывая оскал безукоризненных, белоснежных зубов. Гейл. Красотка с яхты Драйтона. На пару с другим боевым пловцом буксировавшая предмет, крайне похожий на подрывной заряд.
Буквально через пару минут они с Морским Змеем обнаружили среди мертвых еще две знакомые рожи – мускулистые молодчики с «Русалки», те самые беззаботные богатенькие плейбои. Остальные были незнакомы, никогда их прежде не видели.
Теперь и с этим не осталось недомолвок. «Русалка» – никакая не игрушка техасского нувориша, а обеспечивающее судно, чей экипаж укомплектован боевыми пловцами. «Нужно признать, – подумал Мазур самокритично, – нас купили неплохо.
"Морской Змей, некоторое время присматриваясь, нашел защелку и откинул крышечку наверху странного предмета. Мазур заглянул туда. Небольшое горизонтальное окошечко под прочным стеклом, три ряда кнопок, защищенных резиновыми колпачками. Обозначения знакомы все до единого.