В путь, и уже не первый раз за день. Мазур чувствует себя как рыба в воде в этом динамичном Шантарске — узком и крутым, как анаконда, городишке между могучей рекой. Машина решительно сворачивает в сторону, поднимаясь по хитрому асфальту, где встречаются два мощных экипажа — это настоящий переплёт с жуками и пауком....
– Паша, бородатого сюда приволоки живенько, бегом, бегом, кому говорю!
Мазур перевел дыхание. Пока что все задуманное шло гладко.
Шансы невелики. Собственно говоря, у них есть единственный шанс…"
"Все за то, что Лаврика они не связали и, уж конечно, не обыскали, иначе Ковбой держался бы совершенно иначе. Ну, допустим, связали. Все равно это лучше, чем ничего. Трое, пусть даже связанных, спецов против одного в тесной палатке – тут, как говорится, возможны варианты. Это единственный шанс, и нельзя его не использовать.
Снаружи послышалось энергичное топанье и окрик:
– Шагай, шагай, корявый!
В следующий миг полог распахнулся, и в палатку, ободренный то ли толчком, то ли пинком, влетел Лаврик. К неописуемой и тщательно скрытой радости Мазура, конечности его были совершенно свободны.
– Чем могу…
– Примостись вон в уголке, – едва покосившись на него, холодно распорядился Ковбой. – Гарнитуров тут нет, на полу посидишь, не барин, – и повернулся к Мазуру. – Сердце мне вещует, что начать нам нужно, как цивилизованным людям и полагается…
Мазур прекрасно видел, как Лаврик взмыл с корточек.
Как в доподлинные старые времена, когда они окаянствовали в далеких экзотических краях, – не подкачал, упырь старый…
Лезвие сверкнуло у Мазура меж щиколоток, единым махом перехватив веревки.
Мазур тоже не терял ни секунды.
