Контр-адмирал Мазур преследует агента иностранной разведки, но на шпионку охотится и новое поколение теневиков. В эпоху рыночной экономики торговля секретами становится одним из самых прибыльных и «экологически чистых» бизнесов. Интриги, опасные игры и погоня за истиной.
Раздел Chitat.online для книги «Пиранья против воров - 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Контр-адмирал Мазур преследует агента иностранной разведки, но на шпионку охотится и новое поколение теневиков. В эпоху рыночной экономики торговля секретами становится одним из самых прибыльных и «экологически чистых» бизнесов. Интриги, опасные игры и погоня за истиной.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Александрович Бушков Литрпг подборки серии
Контр-адмирал Мазур преследует агента иностранной разведки, но на шпионку охотится и новое поколение теневиков. В эпоху рыночной экономики торговля секретами становится одним из самых прибыльных и «экологически чистых» бизнесов. Интриги, опасные игры и погоня за истиной.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Русским владеет прекрасно, а благодаря облику может себя выдавать за российскую азиаточку, что, по некоторым данным, и проделывает. В здешних местах азиаточками никого не удивишь, тем более что на эту легенду можно прекрасно списать мелкие погрешности в произношении. Никакой это не американский акцент, а это наша буряточка именно так по-русски и говорит…
Мазур не спросил его, откуда Лаврик все это знает и какая сорока на хвосте принесла, – если тебе не сказали прямо, задавать подобные вопросы категорически не принято. Достаточно знать, что именно так все и обстоит.
Он задал другой вопрос, который в данной ситуации, в общем, не возбранялся:
– Лэнгли, РУМО или другой какой гадюшник?
– Прекрасная погода сегодня, не правда ли?
– Понял, – сказал Мазур. – Значит, она здесь?
– Ну да, – буднично ответил Лаврик. – Тебе такие штучки знакомы, и снимал, и ставил… Полюбуйся. Вид а натюрель – и в замаскированном варианте…
Мазур бросил на два подсунутых Лавриком снимка довольно беглый взгляд – он и в самом деле прекрасно знал, для чего предназначена черная штука заковыристой формы. Вот тут она в натуральном виде, а тут замаскирована под крупный камень…
– Ну, разумеется, – сказал он, возвращая снимки. – Агрегат для дистанционного съема информации с электронных устройств самого разного назначения. «Ар-эйч-сорок»?
– Почти. Модернизированный вариант. Техника, как известно, не стоит на месте… Две этаких закладки наши службы сняли. Однако есть стойкие подозрения, что этим наша малышка не ограничилась. Давненько обосновалась в Шантарской губернии, еще во времена Бориса-Китикэта. И прижилась она, как ты уже, быть может, допер, среди «черных археологов». Китаяночку из себя лепит.
– Понятно, – сказал Мазур. – Эти агрегатики идут кружным путем, через Монголию?
– Ага. Кружные пути иногда – самые надежные…
– Ну, а зачем ты мне все это рассказываешь?
Лаврик сморщился, словно одним махом нечаянно откусил аж пол-лимона:"
"– Вот этого не надо… Ну что ты девочку из себя строишь? Все ты прекрасно понял, ангел мой. В условиях, когда наши ушибленные перестройкой службы подрастеряли прежний размах и могущество, кадры вроде тебя на вес золота – столь великолепно вросшие в ситуацию. Согласись, ты в этом гадюшнике прекрасно освоился, всех основных фигурантов знаешь, все ходы-выходы… Зачем мне кого-то вводить в операцию, чтобы начинал с нуля и азов, если у меня есть ты? И не надо с идиотской физиономией переспрашивать, приказ это или нет. Это приказ, разумеется. Сам понимаешь, когда перед нами поставлена столь серьезная задача, никому и в голову не придет ворошить всякие скучные истории вроде самочинного суда офицерской чести над некоторыми скурвившимися адмиралами. Усек?
– Чего ж там не усечь, – угрюмо сказал Мазур.
