В забытом острове судьба дает полковнику Сергею Ивановичу Строганову череду испытаний. От древних волн Таиландского моря до будущего, где крепость бывших солдат трансформируется в пиратскую державу. Каждый шаг похож на новое лезвие ножа — и это лишь начало.
Внезапно налетевший порыв шквального ветра оборвал два паруса на грот-мачте «Кукарачи», а половина самой мачты с треском и грохотом рухнула вниз. Парусина и обрывки канатов трепетали на ветру, а части сложной деревянной конструкции скребли о доски палубы. Ипполит слегка ослабил оставшиеся прямоугольные и косые паруса, опасаясь потерять и их тоже. Скорость корвета резко упала.
Понимая, что на утлых суденышках в бурном море им не спастись, ближайшие к борту «Кукарачи» пираты дружно повели свои сампаны на абордаж. Они набросили на оба борта веревки с крюками и стали подтягиваться по ним, стараясь забраться на палубу.
Вскоре на корабль сумел забраться первый захватчик. Худойконь его вовремя заметил, бросился навстречу и буквально разрубил тело пирата пополам одним мощным ударом. Со следующим разбойником пришлось повозиться немного дольше, азиат пал под ударами рассвирепевшего атамана, но за время боя на судно проникли уже два новых захватчика.
Гийом отвязался от мачты, кинулся на помощь казаку, но камень, метко брошенный из пращи, попал в спину юнги и сбил его с ног. Сергей намертво закрепил канатом штурвал и, вооружившись двумя клинками, бросился на выручку попавшему в беду казаку.
— Ну, держись, тайцы-китайцы! Сейчас отомщу за мои страдания!
Полковник и атаман, переглянувшись, распределили между собой, с каким из разбойников кому сражаться, и быстро разделались с китаезами.
Кузьма ревел как разъяренный медведь, нанося удары обеими руками и отражая ответные выпады агрессоров.
— На, вот тебе! Получай! Страшно? Умри, узкоглазый!
Ипполит сражался молча и сосредоточенно. Фехтовать он умел никак не хуже чем атаман, но запас сил у ротмистра был заметно меньше, все-таки годы давали о себе знать. Он лихо срубил показавшуюся из-за борта голову пирата, затем ловким ударом лишил обеих кистей рук второго зацепившегося за поручни врага.
