Она осторожно посмотрела на европейца и дымящийся ствол его пистолета, а потом кинула взгляд на сыночка, до которого оставалось плыть метров пятьдесят. Женщина начала причитать, тормошить подруг и подбадривать барахтающегося из последних сил темнокожего малыша. Едва женщины успели затащить его на борт, как акулья стая вернулась обратно и заметалась в поисках исчезнувшей добычи. Чтобы отвлечь их внимание и подкормить стаю, Сергей подстрелил еще одну зубастую тварь, и члены акульей банды принялись терзать и рвать на части раненую рыбину.
Полинезийка крепко обняла сына, то плакала, то смеялась, то гладила его, то лупцевала, то опять прижимала его к сердцу и крепко целовала.
«Ну вот, наконец-то, в первый раз за последнее время я сделал по-настоящему доброе дело!» — похвалил себя Сергей и скомандовал гребцам возвращаться назад, к легшему в дрейф корвету:
— Девчата! За работу! Навались на весла!
Женщины догадались, что от них требует этот чужеземец, и живо вернулись к работе. Малец тоже схватился за весло, а Строганов, как и полагается белому господину, только махал рукой и вслух считал, чтобы женщины гребли ритмично. Получилось вполне прилично, хоть подавай заявку на участие в гребной регате. Женщины, даже не зная чужеземного языка, схватывали мысли бледнолицего буквально на лету. А то! Будешь дурой — останешься за бортом этого гигантского ковчега.
Племя, выстроившись по периметру корвета, дружно махало руками. Мужики держались сдержанно, бабы визжали от восторга, а малолетние товарищи мальчугана громко пищали и верещали. Капитан корабля ротмистр Степанов бросил штормтрап, а юнга швырнул конец для швартовки. Спасательная экспедиция закончилась успешно, члены ее команды вскарабкались на борт.
Торжественная церемония выражения благодарности явно затянулась. Женщины целовали руки спасителей ребенка, мужчины, не ожидавшие такой доброты от европейцев, отбивали низкие поклоны. Туземцы хором исполнили какой-то гимн на своем языке и долго тряслись как в лихорадке, вероятно, это был танец, исполняемый в знак особой благодарности белым братьям. Зрелище напоминало кадры из старой доброй телевизионной передачи «Танцы народов мира»."
"— Отставить праздник! — громко скомандовал Ипполит. — Живо к парусам! До захода солнца нам надо приплыть к вашему атоллу, иначе впотьмах можем наскочить на риф или сесть на мель, а нам бы этого не хотелось. Потерять из-за вас корабль и провести здесь остаток жизни — нет уж, увольте! Мы и без того делаем большой крюк, спасая ваше басурманское племя. Мими перевела смысл речи капитана, потребовав, чтобы туземцы вернулись к работе.
— Зато мы поступаем по-христиански, выручая терпящих бедствие! — рассудительно вымолвил непротрезвевший атаман.