Группа морского спецназа «Скат» под командованием Андрея Торина получает опасный приказ: найти исчезнувшее норвежское судно с фармакологическим грузом. Перед боевыми пловцами встанет испытание, требующее максимума мастерства, отваги и готовности смотреть смерти в лицо.
Горбачев дал еще одну короткую очередь в лежавшего пирата и промазал. Пират вскочил и бросился в сторону ближайшего строения. Николай выругался и, быстро прицелившись, дал ему вслед еще одну очередь. Пират ткнулся головой в землю и остался лежать.
Стрельба в лагере продолжалась еще минут пять, потом все затихло.
– Горб, я Дед. Доложи, – приказал Торин с некоторым беспокойством за молодого и неопытного спецназовца.
– У меня «минус два», – отозвался Горбачев.
– Глаз, у тебя?
– «Минус пять», – ответила Веденеева.
– У меня «минус четыре», – сказал Торин и подытожил: – Всего «минус восемнадцать».
Торин немного подождал, прислушиваясь к звукам в лагере. Где-то рядом хрипел человек. Чуть дальше слышался стон еще одного, других звуков он не слышал. Восемнадцать – хорошая цифра, она соответствовала предполагаемой численности пиратов в лагере, но Торин резонно полагал, что один оставшийся в живых и спрятавшийся пират мог принести беду. Сейчас спешить было некуда и время до рассвета у группы было.
– Всем, я Дед, – передал он своим помощникам, – без приказа не двигаться. Наблюдать, стрелять самостоятельно. Ждем рассвета."
"Маленькая группа замерла на своих позициях, вглядываясь в темноту и пытаясь уловить малейшее движение. Торин продолжал стоять на одном колене с выставленным пистолетом, который он держал обеими руками. Спецназовец весь превратился в слух и интуицию, буквально физически ощущая темное пространство вокруг себя.
По мнению Корнеева, прошло уже часа три с тех пор, как его посадили в темный угол субмарины под охрану. За это время топот по корпусу и суета на самой лодке прекратились. Наверное, завершили погрузку, решил Дмитрий Сергеевич. Он слышал какие-то команды на малайском, щелчки электрических реле, потом резкие звуки – как будто пытались завести дизель. Что-то у них не получается, решил он, подводит старушка. Вспоминая то, что он видел, Корнеев решил, что субмарина скорее всего английского производства. Может быть, малая разведывательная субмарина. Сейчас он никакого вооружения на ней не заметил. Возможно, что в носовом отсеке еще существуют торпедные аппараты, но это вряд ли. Если переделывать военное судно под транспортное, то нет смысла перегружать его торпедными аппаратами и самими торпедами. Все это лишний вес и лишние затраты топлива.
