Семейный пирог из горького миндаля скрывает мрачные тайны. Внезапно беззаботное лето превращается в триллер, когда ближайшие родственники становятся непримиримыми врагами. Сможет ли убийца скрыть правду о преступлении и пропавших драгоценностях?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Пирог из горького миндаля»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Семейный пирог из горького миндаля скрывает мрачные тайны. Внезапно беззаботное лето превращается в триллер, когда ближайшие родственники становятся непримиримыми врагами. Сможет ли убийца скрыть правду о преступлении и пропавших драгоценностях?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Ивановна Михалкова Легкое чтение Детективы подборки серии
Семейный пирог из горького миндаля скрывает мрачные тайны. Внезапно беззаботное лето превращается в триллер, когда ближайшие родственники становятся непримиримыми врагами. Сможет ли убийца скрыть правду о преступлении и пропавших драгоценностях?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Бабкин написал на карточке «Геннадий Козицкий» и присовокупил ее к остальным, положив в самом низу. – Судя по поведению, он явная шестерка. На подпевках. Сам бы такое дело не провернул. Но вот отчего напарник после не проконтролировал, что Геннадий станет делать с награбленным, – это и впрямь загадка.
– Может, поссорились?
– Или что-то пошло не так.
– Так у них старуха померла. Были воры, стали грабители и соучастники в непреднамеренном убийстве.
Илюшин добавил к своему рисунку несколько загогулин.
– Любопытный психологический портрет подозреваемого у нас вырисовывается, – вслух подумал он. – Это человек, нуждающийся в деньгах. Он находит сообщника, способного отключить сигнализацию. Вдвоем они грабят старуху, наш подозреваемый возвращается в дом Савельева, некоторое время ведет обычный образ жизни, не навлекая на себя подозрений. Однако когда перед ним возникает необходимость устранить свидетеля, он действует с большим хладнокровием и сообразительностью.
– Да просто пользуется моментом, – фыркнул Бабкин.
– Людей, способных грамотно воспользоваться моментом, крайне мало. На то он и момент. Фьюить – и закончился. Убийца прикончил пацана, подставил девочку и вышел сухим из воды. Красиво!
Привычка Илюшина восхищаться всякими ублюдками была Сергею глубоко чужда. Он неприязненно посмотрел на список и перечислил:
– Прохор Савельев, его жена Раиса, Вениамин Варнавин, Тамара Варнавина, Людмила Кошелева. Пятеро. Если наши предположения верны, нам нужно выбирать из них. Есть у нас еще какие-нибудь факты? – И сам себе ответил: – Нету.
– Еще как есть. Один факт, но довольно весомый.
– Наследство. Которое Раиса оставила своей «неправильной» внучке.
«Ты занимаешься линией Козицкого, – сказал Макар. – Я – семьей Савельева». Поэтому Сергей Бабкин ехал в направлении Тулы, а Илюшин вместе с Яной Тишко восстанавливал последние часы жизни Павла Варнавина.
Макар сразу понимал, что одних воспоминаний Тишко будет недостаточно. В двенадцать лет она была разумная девочка – но всего лишь девочка. «Мне потребуются взрослые голоса».
Самыми здравомыслящими из всех, кто пятнадцать лет назад гостил в доме Прохора, представлялись ему Татьяна Тишко и Юрий Савельев. К тому же у одной алиби, второй не был заинтересован в смерти мальчика.
Но Макара что-то останавливало.
Яна Тишко оказалась хорошим проводником в прошлое.
Большинство людей, рассказывая о детстве, проникаются таким сочувствием к себе маленькому, что начинают непроизвольно искажать факты в свою пользу. Пересказ событий превращается в сеанс психотерапии. Когда-то Макар поделился этим наблюдением с Машей, женой Бабкина.
«Ничего удивительного, – сказала Маша. – Многих из нас в детстве жалели недостаточно.
