Автор
В этой истории мы отправляемся в забытый уголок московского дедушкиного дома, где жареные пироги от сапожника кажутся более вкусными, чем домашние котлетки. Посетительница обводит взглядом и улыбается, став центром внимания в этой непростой истории о семейных традициях и взрослом выборе....
"
"На этот раз мне показалось, что под потолком пролетел самолет, который нес на тросах бетонную панель. Крепеж лопнул, блок рухнул в ванну.
– Иммануил! – закричала Рина. – Мальчик испугался, убежал! Скорее! Котик в ужасе!
Ирина Леонидовна унеслась в коридор, я ринулась за ней.
– Дверь, дверь, дверь! – запричитала Надежда Михайловна. – Забыли ее запереть!
Я очутилась в прихожей и увидела, что входная дверь приоткрыта.
– Боже! – ахнула Рина. – Имма выскочил из квартиры! Катастрофа!
Во мне наконец-то проснулся руководитель особой бригады:
– Соблюдаем спокойствие.
Рина кинулась на лестницу, я поспешила за ней. Двор мы изучили быстро, подошли к воротам и столкнулись с нашим дворником.
– Васенька, – обратилась к нему Рина, – вы не видели Иммануила?
Мужчина оперся о метлу.
– Как объект выглядит?
– Крупный, красивый, уши большие, – начала описывать кота моя свекровь, – характер замечательный.
– Во что одет? – поинтересовался Василий Николаевич.
– Розовая пижама, на ней картинки, – улыбнулась Рина, – кошечки с бантиками.
– На голове шапочка для душа, – добавила я, – но необычная, как шлем, под подбородком застегнута.
– Хм, – задумался мужчина, который много лет проработал в бригаде наружного наблюдения. – Хм! На ногах что?
– Ничего, – быстро ответила мама Ивана Никифоровича.
– Босой? – уточнил дворник.
– Можно и так сказать, – согласилась я.
– Особые приметы?
Мы с Ириной переглянулись.
– Красавец, – еще раз объяснила свекровь, – взгляд такой… не передать словами.
– Весь мокрый, – уточнила я, – ванну принимал, испугался игры на еке-куке и удрал.
– Угу, – протянул Василий, – ека-кука, ядрена-матрена. Понял. Не встречал пока объект, соответствующий описанию.
– Васенька, – нежно произнесла Рина, – мог ли Иммануил на улицу выйти?
– Ключ от калитки или ворот у него есть? – вопросом на вопрос ответил Василий Николаевич.
– Нет, – в терцию пропели мы.
– Тогда он определенно во дворе сейчас, – решил наш собеседник. – Калитка глухая от земли до верха. Специально так сделано, чтобы никто не перепрыгнул. Ворота тем, кто есть в списке, но брелок посеял, я открываю или Гена. Посторонних впускаем только в случае заказа пропуска на лицо, желающее войти.
Я нервно хихикнула.
