В холодной осенней тишине городского переулка я встретил Петра Курочкина — своего бывшего курсанта из милиции. Теперь он — полковник в отставке, и мы снова перехватили разговор о «Белой стреле». Каждое слово пробуждает новые тайны и эмоции.
На моих глазах комсомол стал перерождаться из авангарда советской молодежи в буржуазную помойку…
– Погоди! – перебил я его. – Я позвоню прокурору, потом ты продолжишь.
Я замолчал на полуслове, посмотрел на стену за Лабертом. На ней висел большой, чуть ли не в рост человека, японский перекидной календарь. Почти всю лицевую сторону календаря занимала фотография японской красотки в закрытом купальнике. Такой же календарь был в кабинете эксперта Василия Ворожищева. Все мужчины в управлении приходили посмотреть на полуобнаженных азиаток и поспорить: «Японки ли они?» Клементьев, например, утверждал, что эти девушки – филиппинки, которым с помощью хирургической операции увеличили разрез глаз.
– Лаберт, – сказал я, – зачем тебе календарь с девками, ты же по другой части специалист?
Хозяин квартиры промолчал. Он никак не мог понять, какую именно линию поведения ему надо выбрать. Разговор о гомосексуализме сбивал его с толку, не давал сосредоточиться на нужной линии обороны.
– Андрей, – позвал меня Айдар, – здесь не только кассеты с фильмами. На одной написано «мультфильмы», а на другой – «хоккей».
– О, о хоккее мы сейчас и поговорим. Один момент, я только доложу прокурору, что известный хоккейный тренер товарищ Лаберт уличен в краже госимущества. Один звонок – и мы продолжим.
Глава 30
Разговор
Пока мы ждали Воловского, Лаберт стоял посреди зала, прислонившись спиной к стене рядом с календарем. Я с нескрываемым интересом рассматривал его и не мог найти во внешности Лаберта чего-то отталкивающего, неприятного: слащавого или, наоборот, жестокого.
Лаберт был невысокого роста, примерно 170 сантиметров. Среднего телосложения, русоволосый, с зауженным книзу подбородком. На хоккейного тренера, да и вообще на спортсмена, он нисколько не походил.
К событиям, происходящим в его квартире, Лаберт отнесся с наигранным спокойствием.
– Понятые, – пригласил соседей следователь, – на ваше обозрение представляется полпачки писчей бумаги белого цвета, сорок восемь видеокассет импортного производства, видеомагнитофон «Панасоник», четыре копировальных листа черного цвета, катушка к печатной машинке с лентой черного цвета. В ходе проведенного обыска все данные предметы мы изымаем.
