В тени астраханского вокзала прячется мрачная сюжетная линия: Денисов наблюдает за интригующими происшествиями на фоне необычной природы – изрезанным лесом и мерцанием волны о стены здания. Здесь каждый шаг таит опасность, а мотоежный вагон становится невидимым палочкой посредника между прошлым и будущим....
— А-а-а-а-а-а! — где-то выше отчаянно закричал певец, воздух вокруг задрожал.
— «Панасоник», — шепнул Алексей. — Отличная машина.
Обитая коленкором дверь оказалась открытой. Они вошли.
В полутьме квартиры двигались танцующие — длинноволосые, молчаливые. Из установленных по углам динамиков доносились оглушающие удары музыкальных авангардистов. Стараясь никого не задеть, Алексей и Денисов прошли в темноту комнаты. Алексея знали все. Никто не обратил на них внимания.
Во второй комнате на кушетке против двери молча полусидели, полулежали трое гостей.
В углу, за балконной дверью, выстроилась батарея пустых бутылок. Сбоку, у кушетки, спала собака.
Танцевали под песню «Мани, мани, мани», которую исполнял шведский квартет «АББА».
— …Потрясающая мелодия. Правда? — вполголоса сказал Алексей.
Им дали место на кушетке.
— Мечтаю о «Грюндиге», — прошептала соседка Денисова своему партнеру.
Тот отнесся с пониманием. Несколько минут они серьезно обсуждали высказанную мысль. Потом юноша спросил:
— А как же «Весна-стерео»?
— Сдам в комиссионный!
— Возьмут?"
"— Конечно. Отлично пашет, поставлены японские головки.
— Горяиновы довольны «Юпитером»?
— Ольга на седьмом небе.
Ансамбль «АББА» сменил Элтон Джонн, потом «Квин». Кто-то прибавил громкости. Чистый звук бился о стены как кровь в висках.
«Отлично пашет…», «Клево!» — повторяли вокруг на все лады.
Рядом с магнитофоном, в углу, сидели на корточках несколько ребят.
Теперь Денисов смог разглядеть танцевавших в первой комнате. Неухоженные волосы, словно униформа одежда — батники, джинсы. И на девушках и на парнях. Танцуют небрежно, как будто нехотя. Скупой, точно выверенный жест… Всплеск, ожидание.
