Автор
Плакса (СИ) — это интенсивная серия событий, когда болельщики растворяются в экстремальной радости и гневе после победы любимой команды. Вихрь эмоций окутывает ледовую арену, словно магнит, собрав всех вокруг и перенося их в момент, когда они полностью растворяются в этом взаимоприятии чувств и памяти, запечатлевая самые яркие эпизоды жизни....
Если папа не даст ответ до Нового года, я признаюсь Леше во всем. Есть такая поговорка как новый год встретишь — так его и проведешь. А я хочу провести его рядом с любимым человеком, ничего от него не скрывая.
Сначала я услышала, как поворачивается ключ в замочной скважине, а затем и голоса. Я вскочила с кровати и побежала в прихожую встречать родителей и брата."
"Увидев папу, я бросилась к нему в объятия. Он подхватил меня за талию и крепко обнял, целуя в макушку. В такие моменты я всегда чувствовала себя 3-ех летней Алисой, которую папа сажал к себе на плечи и катал по дому.
— А меня обнять? — послышался сбоку недовольный голос брата.
— Обойдешься, — вместо меня ответил папа. — Я слишком давно не видел свою маленькую лисичку.
Мама усмехнулась и похлопала брата по плечу, словно успокаивая его. Хотя я была уверена, он ни капли не возражал тому, что я приклеилась к отцу.
— Ты видел ее месяц назад, — сказала мама
— Слишком долго.
Я рассмеялась и, наконец, отлипла от папы, давая ему возможность снять с себя пальто и ботинки.
— Лисси, вместо того, чтобы мешаться под ногами, иди включи чайник, — скомандовал Марик.
Незаметно от родителей показав ему средний палец, я все же направилась на кухню, чтобы выполнить его просьбу. С каждым днем, зима становилась все холоднее и холоднее. Сегодня термометр показывал минус 17 градусов, а к вечеру поднялся еще и ветер, от которого не спасал ни шарф, ни шапка.
Мама вошла на кухню первой и поставила на стол коробку с чизкейком.
— Как дела? Вы уладили дела с Анной Павловной?
— Нет, — мама достала кружки и поставила их на стол. — Эта женщина заверяла нас в том, что у Леши слишком богатая фантазия.
— Мам, он не стал бы врать…
— Тебе не нужно его защищать, Лисенок, — сказал входящий на кухню папа. — Мы бы с твоей мамой ни за что не усомнились в нем. А даже если бы и сделали это, ты и твой брат доверяете ему, а мы — доверяем вам.
— Спасибо, — я не знала, что еще можно было сказать.
Папа поставил стул рядом со мной и, сев на него, притянул меня за плечи к себе. Сверху вниз я посмотрела на него и впервые в жизни была рада тому, что унаследовала его серые глаза. Они смотрели на меня с любовью и заботой и я надеялась, что в моем взгляде близкие мне люди видели то же самое.
— Тебе не за что нас благодарить.
— Что будете делать?
— Отмечать новый год, — сказала мама, нарезая чизкейк.
