Автор
Адриан не лжет: когда парень видит, что его девушка читает книгу с названием «Имя для младенца», он может просто упасть замертво. Сидни Сейдж, свет всей его жизни, держится уверенно и говорит, что им нужно принять немедленные действия перед тем, как ей придется читать такую книгу. Атмосфера в комнате напряженная, но она хладнокровно берет ситуацию под контроль, обрамляя ее мудрыми советами и улыбкой уверения.
И что мне теперь делать? Я едва-едва мог наскрести на житье, не говоря уж о такой монументальной проблеме, как день рождения Сидни. Я опустился на пол рядом с нераспакованными коробками с пластинками и сердито уставился на них.
– Идиот! – пробормотал я. – Ну и идиот!
С вершины, на которую вознес меня триумф в Техасе, я рухнул на землю. Отчаяние окутало меня, его темные щупальца неумолимо забирались под кожу. После того что я сделал вчера, я был подвержен перепадам настроения. Что ж… вполне предсказуемо. В первой половине дня у меня был подъем… а сейчас меня пытался одолеть спад, выискивая подобные досадные события и преувеличивая их. А потом – на редкость вовремя! – я услышал ее голос: «Почему ты загрустил? Ты не идиот. Ты – мой умница и красавец. Ты придумаешь, как решить проблему».
Голос тети Татьяны прозвучал так отчетливо, словно она находилась в комнате. Я спрятал лицо в ладонях.
– Уйди, тетя Татьяна. Мне к моему списку только галлюцинаций не хватало.
«С каких пор я сделалась проблемой?»
– С тех пор, как ты умерла, а мне стало мерещиться, что я тебя слышу.
«Ты говоришь, что не можешь меня слышать, золотце?»"
"– Да! То есть нет! Иллюзия какая-то. Ты просто у меня в голове. – Очередной секрет от Сидни заключался в том, что я в самые мрачные моменты своей жизни вел воображаемые разговоры с покойной тетей. Меня, в принципе, мало чем испугаешь, но ведь определенные действия и можно назвать проявлением безумия! Несомненно, но беседы с призраком – натуральное сумасшествие. – Я не хочу с тобой общаться!
«Почему? Разве я не опекала тебя? Разве я о тебе не заботилась?»
– Заботилась, – ответил я, скрипнув зубами. – Но теперь ты мертва, а мне надо разгрести…
И вдруг меня осенило. Я вскинул голову, вскочил и кинулся к комоду с зеркалом, откуда мне сверкали запонки, подарок тети Татьяны. Сидни заявила, что я получу целое состояние, если продам их, – но мне не нужно было идти на кардинальные меры. Формально говоря, я мог отнести их в ломбард, а затем выкупить. Трепеща от вдохновения, я схватил запонки, развернулся – и замер как вкопанный. Какой-то внутренний голос – мудрость, наверное, – заставил меня пересмотреть логистику. Немного поразмыслив, я положил запонки на место и отыскал среди груды вещей щипчики. Повозившись, я извлек один из рубинов и посмотрел его на свет. Нет необходимости рисковать остальным. Этого вполне достаточно. Теперь я точно выживу! В моем сознании послышался смех тети Татьяны.
