О чём книга «Пламя Этерны»
Принц Ракан обвинен в насилии над дворянкой Борраска. Справедливо ли обвинение? Какая кара ждет его и какова будет судьба династии? Роман о власти, интригах и истине в мире, где политика стоит выше справедливости.

Принц Ракан обвинен в насилии над дворянкой Борраска. Справедливо ли обвинение? Какая кара ждет его и какова будет судьба династии? Роман о власти, интригах и истине в мире, где политика стоит выше справедливости.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Пламя Этерны» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Принц Ракан обвинен в насилии над дворянкой Борраска. Справедливо ли обвинение? Какая кара ждет его и какова будет судьба династии? Роман о власти, интригах и истине в мире, где политика стоит выше справедливости.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Вера Викторовна Камша Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
Принц Ракан обвинен в насилии над дворянкой Борраска. Справедливо ли обвинение? Какая кара ждет его и какова будет судьба династии? Роман о власти, интригах и истине в мире, где политика стоит выше справедливости.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Они будут стоять, пока горит огонь, а пока стоят они, устоит и Кэртиана.
В подземных переходах и галереях продолжается эпоха Абвениев, кабитэлские еретики утверждают, что там до сих пор бродит возлюбленная Повелителя Волн, дожидаясь его возвращения. Наверху миновали тысячелетия, а для нее он ушел вчера. В Гальтарах же поговаривают, что в лабиринтах творятся странные и страшные дела.
Очень долго входы в подземелья были открыты, люди в здравом уме и твердой памяти туда не заходили, но чем дальше уходили времена Абвениев, тем смелей и нахальнее становились смертные. Искатели сокровищ, преступники, несчастные влюбленные стали спускаться в пещеры, и больше их никто не видел. Зато всякий раз, когда в лабиринте исчезал человек, в Кэртиане объявлялось чудовище. То ли подземелья, забирая одних, отдавали верхнему миру других, то ли оказавшиеся внизу меняли свое естество, становясь подобием Изначальных Тварей.
Шестьсот лет назад маг-анакс Тайрани Ракан с огромным трудом выследил и уничтожил вырвавшегося из подземелий оборотня-убийцу. После победы Тайрани создал Капканы Судьбы – магические замки, подвластные только тому, кто их запер, и превращавшие любого коснувшегося хоть бы и через полу плаща запертых дверей в живую статую."
"Анакс собственноручно закрыл все входы и выходы в лабиринты. С тех пор в подземелья по доброй воле не входил никто, но дважды Дорогой в один конец уходили Раканы, обвиненные в государственной измене и не признавшие своей вины. Теперь настал черед Ринальди. Страшная судьба, но он ее заслужил. Погибнет только преступник, а старик Борраска и другие эории уцелеют. Эридани поступил справедливо и мудро, решив судьбу брата таким образом, но как же ему, должно быть, тяжело.
Как всегда, когда на душе у молодого художника было особенно худо, он решил навестить Лэнтиро. Нужно показать мастеру наброски, посоветоваться о картине, посмотреть, как продвинулись вперед «Уходящие», и в конце концов он сегодня не в состоянии сидеть в своих комнатах и тем более не в состоянии видеть Эрнани. Да, это трусость, но художник не обязан быть смелым и милосердным, он не воин и не абвениатский утешитель.
Диамни торопливо собрал скопившиеся за последние дни рисунки, накинул плащ и покинул Цитадель.
Город казался настороженным и взъерошенным, словно одичавшая кошка. Немногочисленные прохожие торопливо шагали по своим делам, стараясь держаться поближе к стенам домов. Гальтарцы уже знали и о приговоре, и о проклятии. Знал все и мастер – видимо, постаралась домоправительница, которая выбалтывала все новости чуть ли не до их появления.
– Ты мне не нравишься, – старый художник внимательно посмотрел на своего ученика, – хотя сегодня мне не нравится никто, даже я сам. Боюсь, нам опять придется пить.