– Хорошо, во сколько мне это обойдется? – Джейс достал бумажник и начал бросать деньги в воздух. – Двадцать, сорок, шестьдесят, – отсчитывал он, затем остановился. – О, извини. Ты ведь предпочитаешь сотни, да? – продолжив разбрасывать купюры, Джейс напомнил мне о том дне в автомастерской, когда я вытащила из его бумажника лишние сто баксов.
– Сукин сын! – закричав, я кинулась к нему и несколько раз ударила по лицу.
Он поймал мои руки, с такой силой сжав запястья, что кожу обожгло.
– Ничего не кончено, – распорядился он, кипя от злости, и стал оттеснять меня назад. – И закончится только тогда, когда я скажу.
В следующую секунду я упала на диван. Джейс навалился на меня сверху. Мой крик прозвучал сдавленно под весом его тела.
– Я не нужен тебе здесь, – сказал он, дотронувшись до моей головы, и силой раздвинул мне ноги. – Ты не чувствуешь меня тут. – Мужчина положил ладонь на мою грудь, прямо над сердцем, обдавая своим дыханием губы. – Вот где ты меня хочешь. – Запустив руку мне между бедер, он коснулся моей уже влажной плоти и начал поглаживать. – Я поимею тебя завтра и послезавтра, в своей машине, в этом офисе, в нашем номере в «Уолдорфе», где мужчины из моей семьи трахают своих красивых любовниц. Тебе не удастся отказаться от меня, Кэт, потому что ты – моя.
Я дрожала и плакала, пока Джейс целовал меня, медленно спустился к щеке, потом прикусил мои губы.
– Этот дерзкий рот, – прошептал он, – и мягкая кожа, на которой ощущается только твой неповторимый вкус. – Сжав мои трусики в руке, Джейс сорвал их с меня.
Резко вздохнув, я зажмурилась. Остановись. Нет.
Однако я так и не озвучила эти слова. Потому что любила Джейса. И всегда хотела его.
Он расстегнул свой ремень, затем брюки и вошел в меня. Я, как обычно, была готова для него. Ощутив себя наполненной им, я вскрикнула.
– Говори все что угодно, – сделав резкий толчок, Джейс заставил меня согнуть колени, чтобы проникнуть еще глубже, – только мы оба не в состоянии отделаться друг от друга. Это никогда не закончится.
Он прильнул к моему рту так, чтобы моя нижняя губа оказалась между его губ. Джейс постоянно так делал. Мы часто дышали. Кроме секса, нас больше ничего не связывало. Лишь этого он хотел от меня.
Я перестала плакать, словно заледенев, в то время как Джейс продолжал двигаться. Когда мы оба кончили, я испустила стон.
Такова наша сущность. И более серьезных отношений между нами никогда не будет."
"Он лежал на мне, его грудь вздымалась и опадала. Как будто оказавшись в вакууме, я ничего не видела и не слышала. Меня поглотил белый шум. Я не видела будущего. Не знала, что будет завтра. Не видела ни Джареда, ни себя. Кругом была одна пустота.
Горло сдавило из-за рвавшихся наружу рыданий; я зажмурилась, чувствуя, что вот-вот закричу.
Я допустила ошибку.