Автор
В книге "Пламя" Пенелопа Дуглас захватывающе исследует тему любви и жестокости, когда героиня решает бороться не только за саму любовь, но и против своего объекта страсти. Атмосфера мрачна и напряжена, будто окутанная густым туманом, как в самой душе главной героини, где смешиваются воспоминания и непростые эмоции....
– Я… Просто мне нужно, чтобы ты остановилась и выслушала меня, хорошо?
– Только не говори, пожалуйста, что Джекс опять взломал «Фейсбук» Бена и заполонил его порно геев, – простонала я, разувшись и направившись в ванную.
– Нет, Джекс ничего не делал, – ответила она, но потом добавила: – Ну, в каком-то смысле сделал. Мы все сделали. Мне следовало тебя предупредить, извини, – пробормотала Джульетта, – но я не знала, что он сразу поедет к Мэдоку, и не хотела устроить тебе засаду, поэтому…
– Что происходит? – выкрикнув, я распахнула дверь ванной.
– Джаред у Мэдока дома! – наконец-то провопила она. Но было поздно.
Я уже замерла на месте.
Кровь застыла в жилах, когда наши взгляды встретились. Его темные глаза смотрели на меня из зеркала. Ее предупреждение запоздало на секунду.
Джаред.
– Тэйт, ты меня услышала? – закричала Джульетта, но я не могла ей ответить.
Я сжала дверную ручку и стиснула зубы с такой силой, что челюсти болезненно заныли.
Он стоял перед зеркалом, спиной ко мне; мышцы его рук и обнаженного торса были напряжены словно стальные канаты.
Похоже, встреча со мной его не удивила. И он явно был не рад.
Мое дыхание стало быстрым и поверхностным. Какого черта он тут делает?
– Тэйт! – послышался чей-то крик, но я лишь наблюдала за тем, как Джаред выпрямляется, берет свои часы со стойки, затем застегивает их на запястье, не сводя с меня глаз.
Такой спокойный.
По сердцу будто лезвием полоснули, в то время как я сопротивлялась острой потребности броситься к нему. Может, затем чтобы ударить или трахнуть. Какое бы желание мной ни двигало, я собиралась причинить ему боль, поэтому вся напряглась, пытаясь сдержаться.
Джаред был в зауженных черных брюках, низко сидевших на талии, босиком, с обнаженным торсом и растрепанными волосами, словно только что высушил их полотенцем.
Черная татуировка с изображением нашего дерева покрывала его спину.
В животе затрепетало, и я напрягла пресс, борясь с этим ощущением.
Прошло так много времени.
Его черная одежда, мрачное настроение, практически черные глаза… Мое сердце барабанило в груди, я стиснула челюсти, когда внизу живота все сжалось.
Джаред практически не изменился со времен старшей школы. От тренировок для КПОЗ в колледже не осталось и следа.
