Автор
В солнечных лучах ортумбрийской долины тенились последние советники короля. Они стояли вокруг узда королевского скакуна, дрожа от неизвестности. Каждый мудрец осознавал конец своего правления и сгрудился в ожидании того, что ждет их после этого дня.
Лэрд улыбнулся жене и, увидев вторую женщину, сидевшую в задке телеги рядом с сундучком, удивленно спросил:
— Кто это?
— Бэб была моей служанкой еще в первый мой приезд в Вулфборн: Когда я сбежала, барон стал жестоко обращаться с ней, винил ее в моем побеге, даже избивал, хотя она, конечно, ничего не знала о моих планах. Я не оставлю ее здесь, Кольм. Она станет нянчить нашего малыша.
— Если она хорошо служила и пострадала из-за тебя, значит, будет желанной гостьей в Данглисе, — кивнул лэрд. — А что это за лошади привязаны к телеге? Я узнаю нашу кобылку, но вторая?
Аликс наскоро объяснила, в чем дело.
— Рад видеть, что ты становишься настоящей шотландкой, ягненочек! Если лошадь действительно твоя, значит, будет глупо оставлять ее здесь еще раз. Твоя экономность восхищает меня.
— Эта животинка привыкла носить на спине женщину и, думаю, станет надежной и безопасной лошадью для Фионы. Она уже слишком велика для пони. И еще одно, прежде чем мы уедем, господин: я бы хотела в последний раз побывать на могиле отца.
— Мы там остановимся, — кивнул он.
Отряд шотландцев наконец покинул дом. Люди стали садиться на коней. Немолодой шотландец взобрался на телегу и взялся за поводья. Удивительно, лошадей не две, а четыре! Наверное, для того чтобы не задерживать всадников.
Они остановились на холме, где раскинулось кладбище. Аликс попрощалась с отцом навсегда, и они оставили Вулфборн-Холл позади. Шотландцы атаковали дом на рассвете, и, поскольку не встретили сопротивления, все тем же утром закончилось.
"Аликс умирала от голода, потому что сегодня не было времени даже позавтракать, и сейчас с жадностью жевала овсяные лепешки и твердый сыр, принесенные мужем, запивая все это холодной водой из его фляжки.
— Где мы укроемся на ночь? — спросила она Малькольма.
— Не знаю, — вздохнул муж. — Но ты и эта женщина сможете уютно устроиться в телеге. Мы даже натянем тент, чтобы вы не замерзли.
— Мне нужна горячая еда, — напомнила Аликс.
— Мы расставим капканы, и наверняка нам удастся поужинать жареным кроликом. Я знаю, тебе трудно, но мы скоро будем дома, — прошептал он, целуя ее в лоб.
Аликс все поняла. Они едут слишком медленно из-за телеги. Завтра тоже придется ехать целый день и, возможно, еще полдня. Но ничего не поделаешь. Она просто не может сесть в седло. Одно лишь утешение: они встретят Рождество дома.
