Автор
Пленница бандита: Когда ты замечаешь любовь соперника, знаешь, что жизнь окажется куда сложнее. В розовых очках увидишься в лапах опасного маньяка-бандита, пытаясь держать голову при трепаке Ритки. Ты будешь биться за ее свободу, но даже она сама не уверена, сможет ли она прорваться через сетку его жестоких рук и слов....
Что-то происходило. Я не видела ничего перед собой, а в груди словно распалялся жар. Голова превратилась в ватное нечто, и все вокруг представляло собой сплошной сюрреализм."
"Я схватилась за близстоящую колонну, но влажными пальцами не смогла удержаться и начала падать. Самое страшное, что скоординироваться не вышло, мне казалось, что я плыву в пространстве.
Голова раскалывалась на миллионы частиц.
Холодный пол стал отправной точкой. Теперь все зашло слишком далеко. Стоило закрыть веки, как меня окутала легкость. Покой.
Здесь хорошо. И здесь была мама. Я слышала ее голос и чувствовала легкий аромат ее любимых духов. Как?
Я бежала вперед, словно спасалась от чего-то…
— Мира, не беги далеко! Еще упадешь, — звучало сзади.
Но я не слушала…я все бежала и бежала. Как я очутилась на полянке? Откуда столько цветов? Стало тяжело дышать, и я остановилась.
Обернулась и увидела маму. Она стояла рядом со мной и улыбалась.
Глава 10
ЛЕША
— Мира.
Казалось, мой крик заглушил все вокруг. Мой мир обрушился в тот момент, когда она скатилась по колонне на холодный пол.
— Да отойдите вы, воздуха ни хрена нет.
Просто потерялся, впервые в жизни не мог собрать мысли в кучу. Даже тогда, в тот день, когда меня практически переломало пополам, а жена свалила в закат, я, лежа на больничной койке, понимал, что делать дальше.
Не знаю, как позволил врачам вырвать ее из моих рук, они кричали что-то, а я продолжал держать, держать то единственное ценное, что внезапно свалилось на мою голову. Чертов идиот.
Я же видел, что что-то не так. Видел ее состояние, периодические приступы и сводил все к страху. Знал, что вел себя как животное, а все равно не мог остановиться. Она меня с ума сводила, действовала, как красная тряпка на быка, ее одновременно хотелось придушить и целовать не останавливаясь.
— Подождите, вы куда, — меня остановила женщина у машины скорой помощи, в которую только что погрузили Миру.
— Отойди нахер. Я еду с ней, — мне было не до вежливости, совсем. Я должен был быть там с ней. Долбаный кретин, я обязан был выяснить о ней все, вплоть до болячек, что она перенесла в детстве. Все откладывал, думал, у меня есть время.
