Автор
Я стояла перед старым драконом, его глаза казались сухими и холодными, словно из зеркальной стекла. Волосы распущены вокруг моего лица, готовые прикрывать разбитое сердце. На мне дорожное платье тёплой лиловой шерсти, а чемодан уже лежит внизу ждя меня.
Пытаясь заглянуть себе за спину, трогаю место выше лопатки: так и есть, укус, кровоподтёки, и синяк явно останется.
Задираю юбку и веду ладонью по тем местам на бёдрах, где щиплет. Ай: драконьи когти оставили глубокие царапины. Вот же зверюга! Оглядываюсь сердито в сторону кровати и грожу кулаком.
Ладно, Бог с ними, с царапинами, до свадьбы заживут. Важнее другое: успел ли дракон завершить начатое, или отрубился раньше. Я ничего не помню. Снова оглядываюсь на Райгона: штаны на месте, и даже остатки рваной рубахи — тоже.
Прислушиваюсь к собственным ощущениям между ног, с опаской задираю юбку почти до самой груди и основательно себя осматриваю.
Фух, кажется, цела, никаких следов крови или эмм... ещё чего-то. Похоже всё-таки, настойка сонного хмеля завалила дракона раньше, чем он успел завалить меня. Нервно хихикаю, всё ещё не веря в своё везение. В кои-то веки удача оказалась на моей стороне. С ума сойти.
Откидываю голову назад, касаясь затылком мягкой постели. Некоторое время сижу так на полу, собираясь с мыслями.
Вздрагиваю от очередного звериного всхрапывания за спиной. Подскакиваю на ноги: сколько прошло времени? Долго ли я была в отключке? Судя по кромешной тьме, за окном глубокая ночь. А это значит, надо спешить, пока настойка не прекратила своё действие!
На цыпочках подбегаю к чайному столику, подбираю с ковра опрокинутое блюдо с пьёрпулом, рядом со светильником, лежащим под столом, нащупываю маленький изящный нож для фруктов.
Его резная ручка холодит ладонь.
Несколько секунд стою над спящим Райгоном, который перевернулся во сне на живот. Его мускулистая спина мерно вздымается и опускается вниз. Лицо безмятежное и красивое, оно вообще у него красивое, когда не искажено гримасой ненависти. Вот только последнюю, увы, мне приходилось видеть слишком часто.
Длинные ресницы отбрасывают тени на рельефные щёки, тронутые двухдневной небритостью. И мне вдруг хочется коснуться ладонью его щеки, проверить наощупь её колючесть.
Всё, пора за дело!
Осторожно кончиками пальцев разворачиваю его запястье. Его кожа горячая и мягкая, а лезвие ножа холодное и гладкое. Мне вдруг становится страшно. И я впервые сомневаюсь: а правильно ли я поступаю сейчас?
Разумеется, правильно! Убеждаю себя саму, заставляю вспомнить самые жестокие и ужасные моменты, которые мне устраивал чёрный дракон.
