Автор
В замке под засыпающими плитами, женщина плачет безмятежным плеском слез на изношенных тканях и путаных волосах. Внезапная ярость захлестывает ее, и она словно молнии вспрыгивает на кровати, готовая к бою или падению. Ее голос становится невнятным хрипом, но имя, которое вырывается из груди — это последняя тайна замка, которую она раскроет....
Ее коротко остриженные белокурые волосы разительно контрастировали с черным платьем.
– Зачем тебе нож, Ффайон?
– Не хочешь ли спросить, зачем мне яд? – Ффайон отогнула рукав платья, явив его взору привязанный к запястью пузырек, гипнотически покачивающийся из стороны в сторону. – Твоя шлюха его уже заприметила. – Ффайон скривилась. – Разумеется, мне пришлось применить силу. Она все настаивала на том, чтобы позвать помощь. Я метнула кинжал – он и сейчас воткнут в дверь за твоей спиной, – но ее это не испугало.
Тиг быстро оценил ситуацию. Анвен стоит в центре комнаты, слишком далеко от него – не добраться. Зато Ффайон может с легкостью метнуть в нее еще один кинжал. Значит, и Анвен, и сам он в западне.
– Я и подумать не могла, что тебе достанет терпения выслушать то, что я хочу сказать, – с улыбкой заявила Ффайон, сверкая безумными глазами. – А вот она терпения не выказала. – Ффайон провела лезвием по пузырьку. – Она осталась и ведет себя тихо лишь потому, что я пригрозила, будто сама выпью яд, если она уйдет.
Тиг сжал рукоятку своего меча, негодуя из-за того, что Анвен пришлось пережить за несколько часов нахождения во власти его сумасшедшей тетки. И при этом она не проронила ни звука?
– Мне пришлось так поступить, иначе она не осталась бы. – Ффайон пожала плечами. – Если бы ушла она, то и ты не пришел бы выслушать мою историю. А время рассказать ее настало, потому что состояние мое ухудшается, и я хочу навести во всем полный порядок, пока еще могу.
Стоящая перед ним женщина – его тетка, его родственница, но при этом совершенная незнакомка. Она изменилась с тех пор, как Тиг был ребенком, ее стало труднее контролировать. И ненависть ее к нему возросла.
– Ффайон, тебе нужна не Анвен, а я. Отпусти ее.
– Я ее тут вовсе не держу. У нее свой интерес.
Тиг хотел только одного – чтобы Анвен оказалась в безопасности.
– Нет у нее никакого интереса.
– Конечно есть. Она хочет заставить тебя волноваться. Испытывать чувство беспомощности.
Тиг крепче сжал рукоятку меча.
– Приблизься ко мне хоть на шаг, – Ффайон четко выговаривала каждое слово, – и кинжал, что у меня в руке, оборвет ее жизнь. Ты не успеешь помешать этому."
"Жестокая реальность. Тиг был не в силах что-либо предпринять. Ффайон тем временем отошла к стоящему у окна за ее спиной стулу с высокой спинкой и царственно уселась.
