Если пикнет, то я ее буду посылать по красным комнатам, пока не заткнется! – тихо произнесла женщина со шрамом, глядя на девушку.
Пленница прерывисто дышала, боялась издать звук и пытаясь понять, где она и что происходит. Ее ноги дрожали, у нее было сильное ощущение, что она кружится на карусели. Голова гудела. Она не могла вспомнить, где она была и последнее, что она помнит. Все перемешалось.
“Кто эти люди? Что им нужно? Почему мне завязали глаза? Это похищение? Будут требовать выкуп?” – она не могла задавать все эти вопросы, потому что у нее был связан рот, но как только ее освободят, она постарается все выяснить.
– У меня сейчас нет аренды на комнаты… я отказался от них.
– Я договорюсь… – тихо произнесла женщина со шрамом, – у меня есть кое-кто на примете, кто согласится взять ее, – она жадно оглядела девушку и потрогала ее тело. По ее взгляду было понятно, что тот, кому она хочет предложить это сокровище, скорее всего, еще и ей приплатит за нее.
– Она наверное еще и девственница… – загадочно произнесла женщина со шрамом, – ну да ладно, не переживайте, я позабочусь обо всем. Мне нужно будет только остричь ей волосы, нужна будет ваша помощь.
– А тут нас не слушают? – озабочено спросил Вячеслав.
– Сейчас на камерах, мой человек, я договорилась, все ок, записи не будет.
– Хорошо, как у вас тут все схвачено! Что от меня требуется?
– Держите ее голову ровнее, мне надо сделать ей каре, как и у вашей девушки.
Екатерина услышала, что ей хотят отстричь ее длинные волосы и с ужасом замычала, мотая головой из стороны в сторону. Женщина со шрамом ударила ее по лицу, не сильно, но предупредительно. Та быстро успокоилась.
Ее посадили на стул и, уже набившая руку на прическах, мамка, стала быстро стричь ее шикарные локоны. Екатерина плакала, ей было страшно, она не понимала куда попала, но уже начинала догадываться, что ее украли, не ради выкупа.
Вячеслав смотрел на нее и испытывал зависть к тому, кто сейчас будет наслаждаться этой юной красавицей в красной комнате. Он мысленно представил, как связывает ее и входит в ее девственное лоно, а затем насаживает ее на свой горячий член, заставляя ее делать первый в ее жизни минет. Представил, как она плачет и умоляет отпустить, а он берет ремень и начинает пороть ее. Он ощутил сильный прилив жара в области паха. Ему стало жаль, что он отказался от красных комнат.
“Именно сегодня! Мое время могло бы быть! Если бы я не отказался, сейчас бы мог порезвиться!” – он жадно смотрел на сидящую девочку и готов был, прямо там завалить ее и вытрахать ее девственное лоно.
– Нам пора, – коротко сказала женщина со шрамом и внимательно посмотрела на Вячеслава, который все еще стоял и пускал слюни на Екатерину.