В глубине подземного клуба скрываются тьма и тайны. Ангелина не знает, как попала внутрь, но ее глаза были заклеены в первые минуты приезда. Здесь жестокие игры и мрачная атмосфера превращают это пространство в некое подобие адского царства, где выживание невероятно сложно....
– Интересно, продолжайте, коллега, я несколько раз пробовал применять эти инструменты, но так до конца и не смог оценить их прелесть, а вы рассказываете о них с таким воодушевлением! Завораживает! – загадочно улыбнулся старик и сосредоточенно стал наблюдать за реакцией Ангелины.
– Спасибо, рад это слышать, – улыбнулся Вячеслав, переводя внимание снова на свою жертву."
"– Затем, – продолжил мужчина, – я ударяю по ногам или животу. Это дает совершенно новые ощущения. Предполагается, что в этот момент, боль от старого удара еще не до конца затихла, а резкая боль от нового – затмевает все в голове подопытного.
С этими словами он размахнулся и ударил висящую на руках Ангелину по животу, девушка снова завизжала еще громче прежнего. Ей казалось, что в этот раз Вячеслав бьет гораздо сильнее, либо она уже отвыкла от такого обращения. Бедолага затаила дыхание, чтобы сдержать крик и попыталась досчитать до десяти. Но стон боли предательски прорезался сам собой, доставляя особое удовольствие двум озабоченным садистам.
– Некоторым нравится бить непрерывно, то есть совершенно не давать передышку. В этом тоже есть своя прелесть. Но минусов больше: женщины быстро теряют чувствительность и остроту ощущений. Я выбрал самый идеальней для меня вариант: делаю все медленно, растягивая удовольствие, – Вячеслав стал водить ремнём по ягодицам, примеряя следующее место удара. Ангелина висела на руках опустив голову вниз, отчаянно пытаясь достать до пола, чтобы встать на носочки.
Вячеслав размахнулся и ударил ее по ягодицам.
– В продолжительных ударах по одному и тому же месту есть своя прелесть: на частых местах пересечения лопается и вздувается кожа, вот это уже, настоящее искусство.
«Боже, боже, только не бейте меня туда! Я этого не вынесу! Не вынесу!» – запаниковала Ангелина с ужасом смотря на своих мучителей.
