Автор
В самолете я счастлива только когда стыкуемся с землей. Возвращение домой после долгого пути - это чувство полной безопасности и ожидания встречи со своими близкими — особенно мамой и отцом, которого не разозлила новая жена. Но даже вдали, я чувствую себя защищенной и любимой....
Алтай смотрит на него, как на жужжащее насекомое, качает головой и утыкается в документы. Кира присаживается и наблюдает за ситуацией.
Горелов смакует американо, причмокивая. Проходит секунд пять.
- Горелов, еп твою мать! - не выдерживает Алтай. - Ты сегодня разродишься или как?
Григорий прочищает горло, просит у Иссы сигарету. А потом, прикурив, наконец, обращает внимание на меня и хитро улыбается.
- Привет, Рада. Мне жаль, что ты вчера испугалась, мы вообще-то добрые ребята, ничего никому плохого не делали. Немного стекло поцарапали, но это с дуру.
- Нормально извинись.
- Я нормально извиняюсь. Рада, хочешь поплавать? Водичка — прелесть!
- Хочу, но не с вами, - отвечаю тут же.
Все трое усмехаются.
- А что так, не извинила? Да ладно, наши отцы дружат. Ну откуда мне было знать, что ты дочка Филата?! Я тебя ни разу в жизни не видел.
И это правда, я тоже не помню его на редких праздниках, которые посещала.
Алтай поворачивается в нему, и я ощущаю потребность смягчить ситуацию:
- Все в порядке. Спасибо, что извинились.
- Витьку наложили четыре шва, Рома Попов и Антон все еще отсыпаются. Я самый живучий, - хвастается Григорий. Допивает кофе залпом. - Ну, я пошел? Алтай? Пойдет?
Алтай кивает:
- Удовлетворительно.
- Йес! - он разворачивается и с разбегу ныряет в бассейн.
Я в полном недоумении пялюсь на Киру. Дело в не в аките: собака в лучах утреннего света еще прекраснее. Я не понимаю, какие у этих троих могут быть общие дела. Ни одной идеи в голове нет, я даже примерно не могу представить, почему они его терпят.
- Рада Владиславовна преисполнена недоумением, - произносит Исса. - Ничего, зайчик, это нормально. Помнишь, я упоминал, что Алтай непредсказуемый? Расслабься.
Я быстро киваю.
- В полицию только больше не звони, ладушки?
Я снова киваю, понимая, что это не просьба.
- Рада! Бросай свой передник и ныряй! - кричит Григорий. - Алтай, отпусти ее на полчаса! Пожалуйста!
- Пожалуйста, нет, - взмаливаюсь я, и Исса низко хохочет.
- После обеда Григория здесь не будет, - произносит Алтай тоже с улыбкой. - Можешь прийти поплавать.
Я округляю глаза и впечатываю их в носы своих сандалей. Кинжал между лопаток начинает вибрировать, да так, что приходится приложить усилие, чтобы стоять ровно.
- Можно с Надей? - отвечаю по возможности ровно, стреляю в него глазами, чтобы зацепить реакцию.
Алтай медленно моргает.
- У Нади много работы.
