В темном доме с грохотом распахиваются двери, и страшные крики прислуги заставляют кровь в жилах метаться. Время замедляет свой ход при виде нескольких тяжеловесных мужчин появившихся на пороге столовой, вызывая ужас и неуверенность в своей жизни.
Теперь удалось сильно сузить круг поисков, по крайней мере, территориально. Но это же и минус. Я не могу оставить Милану в особняке. Ни сегодня, ни вообще.
– Ну что там? – интересуется друг.
– Поездка к Барону отменяется, и нам нужен новый план.
***
– Милана, ты готова? – на этот раз я осторожно стучу по двери, а не вламываюсь к ней в комнату без предупреждения.
– Одну минуту, – удрученно отвечает девушка, и я послушно жду.
– Даян, – рядом откуда ни возьмись возникает Асия с сыном на руках, – нам нужно переставить автокресло для Булата из моей машины.
На ней бежевое вечернее платье с пышными прозрачными рукавами и свободной юбкой. На тонкой талии широкий пояс. Она уверенно стоит на каблуках, и так же отлично шагает в них даже с ребенком на руках.
Темные волосы убраны в высокую прическу. К жене сегодня приходил парикмахер, и провел в ее комнате столько времени, будто мы собираемся на встречу с президентом, не иначе.
– Даян, я вопрос задала, – Асия снова обращается ко мне как раз в тот момент, когда из-за двери показывается Милана.
Жена с презрением смотрит на нее, но от меня отстает.
– Пойдем, сынок. Сами разберемся.
Асия разворачивается, и уходит. Булат разглядывает меня до тех пор, пока я не скрываюсь из виду. Я ничего не чувствую. Отношусь к нему не лучше и не хуже, чем к другим детям. Хотя и понимаю, что контакт наладить нужно.
– Не надо так на меня смотреть, – говорю девчонке, когда обращаю на нее внимание.
– Почему нельзя оставить меня здесь? Смотреть в глаза твоей жене унизительно, – бормочет она, хотя понимает, что я не отступлюсь.
– Ревность меня раздражает, прекрати это делать! – я прижимаю девочку к стене, член тут же каменеет.
– Даян… – она выдыхает в мой рот, а я впервые за все время ее целую.
Сцепляю девичьи руки над головой, чтобы не брыкалась, и накрываю своими губами ее.
Нежные медовые уста рвут башню. Оказываются такими сладкими и податливыми, что хочется зарычать и просто растерзать пухлые губки звериными укусами.
Они легко пропускают мой язык внутрь, безо всякого сопротивления. Я сильнее вжимаю Милану в стену.
Блядь, я снова хочу ее. Если бы не ужин с родителями, на который нельзя опоздать, отымел бы прямо тут, в коридоре.
Девчонка неумело ласкает мой язык своим. Первый раз что ли целуется?! Она просто замирает под моим натиском, а мне ее сожрать охота.
Не сдержусь. Задираю платье свободной рукой. Коленом раздвигаю ее ноги.
