В темном доме с грохотом распахиваются двери, и страшные крики прислуги заставляют кровь в жилах метаться. Время замедляет свой ход при виде нескольких тяжеловесных мужчин появившихся на пороге столовой, вызывая ужас и неуверенность в своей жизни.
Кажется, даже воздух вокруг становится тяжелым. Не даёт пошевелиться, сковывая.
Его здоровенные ручищи ложатся рядом с моими. Загорелые мощные ладони. Я до сих пор помню, как они ласкают, как тело трепещет, ожидая прикосновения этих самых рук.
Закрываю глаза. Нет никакой возможности справиться с этим притяжением.
Мы просто молчим. Никто не может произнести ни слова. Даян успокоился, видимо, уверовав в то, что у нас с Серёжей ничего не было.
Близость Зверя дурманит и гнетёт одновременно. Он предал меня.
Мягкие губы касаются шеи. Я вздрагиваю. С губ слетает судорожный стон. Я закусываю их, потому что не могу с этим справиться.
Я хочу его и ненавижу одновременно. От этого больно. Зверь дарит мне столько боли сейчас, что я не могу даже вдохнуть немного воздуха.
Даян не останавливается. Не встречая сопротивления, он продолжает покрывать поцелуями мою шею и плечи.
Вспышки возбуждения загораются в груди и внизу живота, хотя я вовсе не хочу этого чувствовать.
Желание переплетается с ненавистью и обидой. Мне приятно и хочется заплакать.
Я снова кусаю губы. Теперь уже сильнее. До тех пор, пока не начинаю чувствовать металлический привкус крови во рту.
Меня рвёт от противоречивых эмоций.
Я принимаю ласку Зверя сквозь слёзы.
А он… Он только увеличивает напор. Становится жадным. Прикосновения и поцелуи приобретают жесткие черты.
Он мнёт мою талию, прижимает к себе.
Тяжелое дыхание обжигает мне шею.
Я знаю, к чему приведёт такой напор. И я хочу этого. Хочу. Хочу и ненавижу себя за это болезненное желание.
Мне так жаль себя.
Даян поддевает пяльцами тоненькие лямки моего платья. Тянет вверх, а потом отпускает. Они спадают с плеч.
Горячие, несдержанные поцелуи снова жалят оголенную кожу. Пускают острые токи по телу. Заставляют очередную обжигающую слезу скатиться по щеке.
Зверь проходится по моему животу, сжимает груди. Я снова кусаю губы, когда его ладони усиливают нажим.
Даян рычит. Прижимается ко мне плотнее, практически вдавливая в столешницу. Трется возбужденным членом о ложбинку между ягодиц. Теперь я понимаю, что он точно не остановится. Его желание слишком сильное. А он сам слишком голодный.
Я тоже. Думала, что больше никогда не смогу испытывать влечения, желать мужской ласки, быть готовой отдаться и раствориться в желании близости.
Но я ошиблась. Много раз представляла себе, как он возвращается.
