В темном доме с грохотом распахиваются двери, и страшные крики прислуги заставляют кровь в жилах метаться. Время замедляет свой ход при виде нескольких тяжеловесных мужчин появившихся на пороге столовой, вызывая ужас и неуверенность в своей жизни.
Но я все равно знаю, какой он внутри, там, под одеждой. Мне даже усилия прилагать не надо, чтобы представить это. Там сталь. Ожившая скульптура Бога. Горячая, твердая плоть.
Поначалу мысли путаются, а потом и, попросту, исчезают.
Чувства обостряются. Вспыхивают. Кожа воспаляется. От одного взгляда Зверя, ведь он еще толком не трогал меня.
Вроде проходит вечность, а вроде – секунда проносится.
Даян скидывает верхнюю одежду. Одна его ладонь накрывает мою грудь. К ней присоединяется другая, пленяет второе полушарие.
Зверь перекатывает соски между пальцами.
– Ааах… – как же это… я уже и забыть успела, что ласка бывает настолько острой.
Маленькие вершинки становятся тверже под его пальцами. Они болезненно ноют, пускают горячие импульсы по телу, особенно в низ живота, где и без того все порочно от желания сводит.
Я без трусиков. По внутренней стороне бедер течет влага от моего постыдного возбуждения.
Но Даян не спешит наведываться туда. Точно специально. Вынуждает быть голодной и жадной. Нетерпеливой и податливой для него.
Прикосновение языка к соскам лишает остатков воли.
Я окончательно растекаюсь лужицей, когда горячее дыхание опаляет вершинки, ноющие от напряжения.
Я его. И ничего не могу с этим поделать. Не могу больше противиться.
Даян забирает меня без остатка. Вместе с душой. Ничего после себя не оставляет.
Нежная трепещущая ласка кажется чем-то нереальным, но отдается во мне все сильнее с каждой секундой, с каждым движением влажного языка по груди, что ударами тока отдается во всем, переполненном желанием теле.
Мои стоны сливаются в один. Молящий взять меня. Прекратить сладостную пытку, которую уже почти невозможно терпеть.
– Даян… – получается произнести его имя, и это отдается в груди теплом.
Пусть потом я буду жалеть, но не сейчас… Сейчас я отдаюсь моменту целиком. Без остатка.
Зверь рычит. Я прекрасно знаю, что за этим последует.
Не могу дождаться. Так хочу его…
Даян спускает брюки и белье.
Вид идеального мужского достоинства вынуждает желать его внутри еще сильнее.
О, Господи! Как давно я этого ждала…
Движения мужчины становятся резкими, точными, нетерпеливыми. Он подхватывает меня за ягодицы, сжимая, наверное, до синяков.
Поднимает на сильных руках, опирает о стену… прижимает и… насаживает на эрегированный орган.
– Дааа…– стонем мы в унисон.
Дыхание сбивается. Кажется, я вообще забываю это делать.
Зверь буквально вбивает меня в стену. Рычит.
