В темном доме с грохотом распахиваются двери, и страшные крики прислуги заставляют кровь в жилах метаться. Время замедляет свой ход при виде нескольких тяжеловесных мужчин появившихся на пороге столовой, вызывая ужас и неуверенность в своей жизни.
Пытаюсь интуитивно угадать, какой именно дом нам нужен. Взгляд цепляется за трехэтажный особняк серого цвета, в общем-то не привлекающий внимания среди остальных.
– Этот? – киваю головой в сторону дома, и Бакир подтверждает мои догадки, сверившись с адресом.
Сначала внутрь врываются мои парни. За три секунды снимают всю охрану. Я захожу следом. Мы распугиваем прислугу одним своим видом. Они, дико взвизгнув, сами уступают нам дорогу. Кто не уступает – отлетает к стене принудительно. Да сколько же их здесь?!
Чета Ворошиловых обнаруживается в гостиной за трапезой.
– Ну, привет, Ворошилов! – нагло обращаюсь к нему, нарушая нездоровую тишину, только что повисшую в доме. – Давненько не виделись. Надеюсь, за три года ты не успел забыть, как я выгляжу.
Я злорадно усмехаюсь. Рад, что смог застать его врасплох. Теперь он никак не успеет подготовиться к нашей встрече.
– Ты должен был провести в тюрьме ещё два года, – мужчина делает вид, что абсолютно спокоен. Перед женой и дочкой храбрится. Но я то знаю, как затряслись его поджилки, ведь он в курсе того, на что я способен. – Как ты нашёл нас?
– От меня нельзя скрыться, Ворошилов... Никому. Я бы тебя, гниду, из-под земли достал. Из преисподнии бы вытащил, отправься ты туда раньше, чем я приду за тобой.
– Отпусти моих девочек, и мы поговорим, – в конце голос собеседника едва заметно подрагивает.
А вот и прокол! Семья... Главная его ценность. Собой пожертвует, а вот сук своих защищать будет.
Перевожу заинтересованный взгляд на Ворошиловских баб. Они обе испуганно смотрят на меня, округлив глаза до размера пятирублевой монеты. Жена предателя меня интересует мало. Слишком старая как по мне. Я молоденьких люблю. Но если братья захотят ей попользоваться – против не буду. Косметологи и прочая хуйня помогают ей сохранять достаточно привлекательный вид.
А вот малышка.
– Сколько? – спрашиваю я. Слишком мелкая, чтобы быть совершеннолетней.
– Я тебе дочь не отдам! – уверенно заявляет глава семейства.
– Лет сколько? – с грозным рыком повторяю свой вопрос.
– Восемнадцать, – пищит из-за спины Ворошилова жена.
Вот же дрянь продажная! Свою шкуру спасает. Раскусила чего я на дочь позарился.
Но ее ответ меня более чем устраивает.
