Она все еще не могла сказать с уверенностью, что значила для него прошлая ночь – и даже что значила для нее самой, – но отказаться от возможности провести с ним время не могла.
Больше всего на свете ей хотелось быть с ним, а где – уже не важно.
Сердцем она понимала, что рискует, рискует очень сильно влюбиться в него и остаться с разбитым сердцем.
«Будь осторожна, Полина! Ничего хорошего из этого не выйдет».
Пусть так, но сегодня она не станет внимать доводам рассудка, а рискнет пройти по краю пропасти и остаться в живых.
В конце концов, что такое пара часов в городе, на людях? Подумаешь, покатаются в карете – и все.
Но на деле все вышло по-другому.
Гораздо лучше! И хуже.
Он повез ее в книжную лавку. В ту самую книжную лавку.
Когда экипаж остановился у знакомого фасада на Бонд-стрит, сердце Полины сделало кульбит. Жестокие слова лавочника все еще звучали в ее голове, отдаваясь болью: «Убирайся… Таким тут не место».
– Зачем вы привезли меня сюда? – спросила Полина, когда Гриффин подал ей руку, чтобы помочь выйти из кареты.
– Это книжная лавка. Вы же собираетесь открыть платную библиотеку. Разве вам не понадобятся книги? – Он потянул ее за руку. – Пойдемте. Мы скупим все самые скандальные, самые неприличные романы, которые тут отыщутся.
Полина осталась стоять на месте, чем немало удивила герцога.
– Если вы слишком горды, чтобы принять мой подарок, я вычту эту сумму из вашей тысячи фунтов.
Полина не хотела обидеть его отказом, потому что знала о его самых добрых намерениях: Грифф привез ее сюда для того, чтобы лишний раз доказать свою готовность и желание сделать ее мечту реальностью.
– Может, в Лондоне найдется другой книжный магазин побольше, с выбором побогаче? Эта лавка какая-то неказистая.
– Зато самая лучшая, и мы здесь постоянные заказчики. Не одно поколение Халфордов приобретает книги именно в этой лавке. К тому же они делают переплеты на заказ, причем очень хорошего качества. Для библиотеки важно, чтобы книжка не развалилась после первого прочтения.
Сердце ее сжалось от благодарности. Ему хватило чуткости угадать, что именно доставит ей наибольшую радость: не очередное платье, не драгоценности, а книги. Он понимает ее, а значит, знает.
– Вы были правы вчера, – уже мягче добавил Гриффин. – Насчет Хьюберта и шляпы. Я не могу вручить вам тысячу фунтов и, что называется, умыть руки. Если деньги вам нужны для осуществления мечты всей жизни, я хочу убедиться, что вы потратите их с максимальной пользой.